Автор
Веня Курилович с легкостью заменил дорогой водку на обычную русскую, отмечая облегчение после долгого трудового дня. В этом жесте сквозит театральность, но сейчас он не имеет времени на такие эффекты — ему предстоит решить ключевые вопросы в своей дорожно-строительной компании....
Формально дом принадлежал его сыну, Егору, хотя строился на деньги Семена Михайловича. По большому счету, Зудов выстроил и жизнь сына. После школы он определил его в Академию менеджмента, рассудив, что был бы управленец, а чем управлять — найдется. Егор пытался возражать. Он с детства любил рисовать и мечтал стать художником. Зудов тормознул его с циничным прагматизмом:
— На одного художника, при жизни признанного великим, приходятся сотни нищих рисовальщиков. Как видишь, твои шансы ничтожны. А что помешает тебе, зарабатывая хорошие деньги, на досуге баловаться кистью с красками?
— Далеко не всякий управляющий много зарабатывает, — резонно возразил сын.
— При таком отце ты обязательно станешь миллионером, — высокомерно заявил Зудов.
К этому времени Семен Михайлович уже несколько месяцев контачил с дорожниками, и будущее рисовалось ему в самых радужных тонах. По большому счету, правильно рисовалось. Когда раздаешь огромные деньги, что-то обязательно прилипает к рукам.
Сын поначалу учился так, словно делал отцу одолжение.
Трудно сказать, что подумал Каплунов, когда Зудов весьма прозрачно намекнул ему о трудоустройстве сына. Возможно, пожелал Семену Михайловичу быстрой, но очень мучительной смерти. Однако при этом он изобразил на лице счастливую улыбку:
— Конечно, решим вопрос положительно.
