Автор
В жарком декабре Мартина с трудом держится на ногах, каждый шорох в комнате выдыхается. В грохоте валяющихся пакетов и стуле мужа она замерла на пороге, а из спальни доносятся страстные приказы. Мир вокруг затянулся атмосферой непристойности и жгучего сексуального желания в холодный холода декабря....
– Прошу прощения за этот инцидент, Мартина. Скоро мы вас отпустим!
– Ты больной? – вскинулся на полицейского его напарник. – Генерал сказал оформить по всей строгости!
– И что? Ты генерала видел? Он едва на ногах держался, когда это говорил! Завтра продрыхнется и ничего не вспомнит. Доказательств не останется! Потому что он приказал удалить с видеорегистратора запись, где эти две дамочки лупасят его хуями по лысой башке! – заржал дежурный.
Второй тоже заржал, понизил голос.
– Удалили?
– Удалили, естественно, если сам генерал приказал.
– Покажешь? Я-то обход делал, ничего не успел увидеть! Будь другом, покажи?
– Покажу, ты только не обоссысь. Я ничего смешнее в жизни не видел!
Наверное, еще полчаса стены ментовки ходили ходуном от дикого ржача двух полицейских."
"– Ой, бля… Ой, бля… Не могу… Живот режет! – вытирая слезы, произнес второй. – Я, конечно, рад, что генерал свое отхватил. Сволочь он. Мудак! Старпер охеревший! Как-то моя жена в отделение пришла, он ее по заднице шлепнул.
– А че сдержался?
– Как что?! Я с работы бы вылетел. Хоть кто-то этого гондона отходил, как полагается.
– Ну да, ну да. Однако странно ты рассуждаешь. Генерал завтра камеры проверит, а там пустота. Где дамочки? Генерал сказал, по всей строгости им впаять все, что только можно! Не сделаешь – уволит тебя к чертовой матери!
– Уволит! Вот именно, всего лишь уволит. А если я жену Декабрина в камеру закрою, то меня самого закроют.
– Пфф… Ты че-то странно побледнел! Что за Декабрин такой?!
По лицу второго полицейского было ясно, что он не совсем в теме, не понимает.
– Ты че, о Декабре не слышал, что ли? Декабрин Георгий. Он же Гоша Декабрь.
– Угу, – вздохнула я. – И не дай бог вы его Жорой назовете, уроет!
– Кое-что слышал, но я же не местный. Недавно здесь.
– Понаехали, – фыркнул. – Такие имена нужно знать! Гоша Декабрь больной на всю голову.
– Ну, жена и что?
– Ну, жена и что, – передразнил полицейский и ослабил галстук. – Послушай меня, Толя, я тебе сейчас кое-что поясню. С вашего позволения, расскажу об инциденте с вашим прошлым задержанием! – обратился на последних словах ко мне.
– Рассказывай, – махнула я.
Все равно дело прошлое… Так, может, хотя бы проникнутся и отпустят меня? Ни за что ведь посадить хотят!
А мужу звонить не буду.
