Весна вступает в свои права, и Антон решает провести время на свежем воздухе с любимой. Горячий Май подходит для романтичных прогулок по набережной, где каждый луч солнца кажется еще ярче, а шум волн делает сердце биться в груди уже не только от радости, но и от чего-то более глубокого....
Надо бы послать и Антона, и Мая, но от Антона чертовски вкусно пахнет. А тепло его тела не даёт здраво мыслить. Или это вино всё ещё шумит в голове? Но я млею от мужских прикосновений.
— Ты очень-очень красивая, самая лучшая, — убеждает меня Антон. — Май…
— Чёрт!.. Вот это уже лишнее."
"— Май тебя не обидит, — заверяет Антон, нагло накрывая мои губы своими, толкается языком и посасывает мои губы.
— С чего вдруг такая уверенность? Ты знаешь своего друга так, что можешь сказать, о чём он будет думать?..
— Нет. Май держит своё слово.
Антон мягко мнёт мою грудь, соски вытягиваются под тканью лёгкого платья.
— М-м-м, я тебя так хочу, Ника.
— Тогда уедем сейчас? — прошу я.
— Май тогда просто навсегда закроет двери передо мной.
Я смеюсь.
— То есть ты боишься потерять своего друга, но не боишься потерять меня?
— Я тебя не потеряю, — уверенно заявляет Антон. — Ни за что. Ни при каких обстоятельствах. Ты — моя… Ничего не имеет значения.
— Ничего? — спрашиваю я, чувствуя горячее дыхание Антона на своих губах.
— Ничего… И ничего из того, что, возможно, произойдёт, тоже не будет иметь значения, — говорит Антон, начиная меня целовать быстро и жадно.
Он вгрызается в мой рот так, что ноги подгибаются в коленях. Мне приходится уцепиться пальцами за плечи Антона, чтобы не упасть. Антон держит меня одной рукой за попку, а пальцы второй руки задирают подол платья, начиная растирать клитор через ткань трусиков.
— Анто-о-он, — стону я.
Антон довольно рычит, ускоряя движения, нажимает сильнее и сильнее, заставляя меня дрожать от страсти. На время становится плевать даже на то, что дом полон гостей, и в любой момент может выйти кто-то посторонний…
— Верни мне мою девочку… — слышится голос Мая над ухом.
Его руки вдруг ныряют под мои и накрывают грудь с затвердевшими сосками. Я не успела возмутиться, но Май уже переместил руки ниже, обняв меня за талию. Антон последний раз обжигает мои губы поцелуем.
— Не обижай мою девочку, — просит Антон.
— Не буду. Свою девочку я точно не стану обижать, — улыбается Май, целуя меня в висок. — Кстати, Тони, можешь взять свою тачку. У меня выигрыш покруче твоего железа на колёсах.
Возбуждение кипит в крови. Краем сознания понимаю, что возбуждение неправильное. Такого, какого не должно быть… Но оно — есть.
— Антон? — спрашиваю я.
— Я не останусь в доме у Мая, — хмурится Антон. — Извини, что не сказал сразу. Но нам пришлось бы уехать в любом случае.
