Автор
В глуши Ровну ночью в дождь скрывается серая «КИА». Словно тень среди заснеженных деревьев, водитель Гаврош преодолевает неприветную погоду и оставшийся от ливня мокрый асфальт. Встречные лица испытывают легкое недоумение, в то время как он остается неизвестным. А вокруг – убийства, таинственные знаки свидетельствуют о том, что некто ждет именно такого автомобиля в такую погоду....
У него имелась большая фирма: специалисты, эксперты, бухгалтерия, мощный юридический отдел, свое охранное предприятие… Но бойцов у него не было, а киллеров – тем более!
– Его уже нет, – наконец сказал Авил. – Не думай об этом. Лучше скажи, ты можешь меня в депутаты провести? Место-то Шершня освободилось!
Иван пожал плечами.
– Почему нет? Задам вопрос одному человечку. Он такие вопросы решает.
– Я уже договорился насчет ученой степени, скоро должен корочку получить, – похвастал Авил. – Так что ты там скажи – солидный человек, кандидат наук… Им же нужны ученые!
Иван усмехнулся.
– Сейчас всем одно нужно. Поэтому я лучше скажу, что у тебя бабло есть!
– Ну, так – значит так! Тебе видней! Давай за наше сотрудничество!
– Давай!
Господин Авилов и господин Иванов чокнулись, выпили и заказали третью бутылку. Разделавшись с ней, по предложению Авила, выпили несколько коктейлей: «Маргарита», «Мохито», «Дайкири»…
– Кубинская линия, ромовая основа, – со знанием дела пояснял Авил.
Разошлись они через два часа, довольные обедом и друг другом.
* * *Авил вышел из ресторана явно в хорошем расположении духа. Кот сидел за рулем, а Голуб привычно распахнул перед хозяином пассажирскую дверь «Гелендвагена».
– Отвезёте меня домой, – объявил Авил, обращаясь к Еремею, словно других рядом и не было. – И на сегодня всё, свободны!
Голуб бросил на конкурента злобный взгляд, но тут же успокоил себя простым объяснением: «Я-то с боссом остаюсь, а они уедут.
Авил не любил тесноты в машине, поэтому с ним вместе в «Гелендвагене» ехали только Кот и Голуб, а Еремей следовал сзади в своем «Ниссан-Теане» и Мирон сидел рядом с ним.
– На перекрестке надо обгонять босса, чтобы прикрыть в случае чего! – по старой памяти нравоучительно сказал Мирон.
– Я сам знаю, что надо делать! – оборвал его Еремей. – И ты будешь меня слушать, а не я тебя! Понял?
Мирон молчал. Он не понимал, что происходит и почему так изменился Еремей. Но знал наверняка: просто так подобные изменения в Организации не происходят.
– Ты понял?! – повысил голос Еремей.
– Да понял, понял, – поспешно сказал Мирон и всю дорогу держал рот на замке.
У кованых ворот своего дома Авил вышел из машины, чего обычно никогда не делал.
