Автор
Стас изучает её прелести — стройные ноги в капроне, черное платье, прикрывающее лишь задницу, длинные волосы до плеч. Она разворачивается на его взгляд, явно довольная вниманием: перекачанные губы и искусственно увеличенные ресницы не делают её красивой — но она уверена в этом. Словно предвкушая удовольствие, Стас оценивает атмосферу ласки и сексуального напряжения....
А я смотрю на нее и понимаю, что так устал, что уже ничего не хочу. Раньше никакая усталость меня никогда не останавливала. Но во мне что-то сломалось, изменилось, не видимое, но остро ощутимое для меня. А если быть честным – ее не хочу. Она – не Юля. С Синичкой все по-другому: к ней хочется прикасаться всегда, не зависимости от усталости. Поэтому разворачиваюсь и ухожу, желая хорошего вечера."
"Беру в руки телефон, замечая еще двадцать звонков, пропущенных от родителей. Время, мне необходимо время, чтобы переварить информацию.
Набираю Юлю, чтобы услышать очередной поставленный голос, говоривший, что абонент недоступен. От усталости засыпаю так быстро, что, проснувшись, кажется, что я не спал.
Проспав свои привычные четыре часа, сработал внутренний будильник, я резко открыл глаза. Мне опять снился сон с Юлей, только теперь мой личный кошмар стал еще хуже. Теперь я в нем был настоящим похитителем, и видел глаза Юли, полные страха.
Так как вчера с клуба я вернулся только в третьем часу ночи, то сейчас я уже опаздывал на работу. В таком разбитом состоянии я зашёл в офис, погруженный в свои мысли, размышляя, как еще целую неделю я буду без Юли. Жил же как-то! Но все мое естество противиться только одной мысли, что ее рядом не будет.
- Доброе утро, Станислав Станиславович! – поприветствовала Ольга, которая несла какие-то документы.
- Доброе, - ответил я хмуро.
В холле стояло еще несколько сотрудников, которые со мной здоровались, но я по какой-то неведомой силе быстро развернулся и застыл, увидев ее, выходящую из своего кабинета. У нее выпало несколько листков с папки, она наклонилась их собрать, а я скользил по ней взглядом, мысленно лаская ее, залечивая взглядом ее душу, если бы это было возможно. Мое сердце глухо стучит. В эту секунду мне хотелось обнять ее, забрав всю боль, что я причинил ей себе. В моих глазах впервые замокрело, пожалуй, за всю сознательную жизнь, и я с трудом сдерживался, чтобы не заплакать, как ребенок, и не обнять Юлю так крепко, чтобы никогда больше не отпускать.
Юля резко подняла свой взгляд, сканируя взглядом комнату, и заметила меня. Я сделал первый шаг по направлению к ней, но она покачала головой. Я готов был упасть на колени перед ней, вымаливая прощение, мне плевать, что здесь куча людей, которые разнесут слухи по всему офису.
