Автор
Не ходи к нему на встречу, не ходи… Это зловещий призыв в сердце Марианны, свидетельницы своей лучшей подруги. Сегодня свадьба у Дашки, но она чувствует себя больше зрителем, чем свидетельницей. Мистика и напряжение окутывают деревню, где Дашка вышла замуж за Сергея в далекой сибирской глубинке....
Похоже, «Горькие ягодки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Его горячая рука греет мою замёрзшую ладошку, и, несмотря на весь ужас ситуации, мне хочется идти так долго-долго. Хорошо, что Андрей молчит и больше не обвиняет меня в недостойном поведении.
Какое ещё недостойное поведение… Непристойные мысли, это да, это даже не отрицаю.
Потом Андрей промывает мои ссадины ледяной водой, щедро заливает их перекисью и зелёнкой. Потом пристёгивает меня ремнём безопасности, слегка коснувшись моей груди. Нечаянно, конечно…
Машина срывается с места, взвизгнув шинами. Скорость приличная, но мне не страшно.
– Вставай, Маруся, приехали, – Андрей легонько трогает меня за плечо.
Я вскидываюсь. Чёрт, как я могла уснуть-то? Передо мной наш дом, а у подъезда стоит мама с Алёнкиной коляской…
Мама ещё не видит меня, она склонилась над коляской и о чём-то воркует с Алёнкой.
"– Спасибо. Не волнуйся, я больше не буду пытаться искать к тебе подход через Эдуарда Андреевича. До свидания, – чинно бормочу я и, не дожидаясь ответа, выскакиваю из машины, стараясь не хлопнуть дверью.
Но моя мама не была бы моей мамой, если бы не чувствовала присутствие своей дочки. Мама поднимает голову от коляски, но я наготове и корчу ей страшную рожу, поднеся указательный палец к губам и проходя мимо, к соседнему подъезду.
Хорошо, что сейчас не лето и на лавочках отсутствует народный контроль в лице соседских бабушек. Некому чётко и громко спросить, а чего это я прохожу мимо своей доченьки, а???
А мама молчит и смотрит на водителя тёмно-синей ауди. Водитель не уезжает и смотрит мне вслед, я чувствую это. Я дохожу до соседнего подъезда, с ужасом понимая, что не знаю код. Лихорадочно набираю номер первой попавшейся квартиры. На моё счастье, мне отвечают.
«Это почта, откройте, пожалуйста», – наш почтальон довольно часто забывает ключи от подъездов, и удача на моей стороне, дверь приветливо щёлкает, открываясь.
Я вваливаюсь в подъезд, облегчённо прислоняюсь, переводя дух, к холодной стене, исписанной надписями типа «Гришка + Олька = любовь». Потом медленно поднимаюсь на второй этаж и осторожно выглядываю в окно. Мне везёт. Я успеваю увидеть, как Андрей выбрасывает окурок, как он садится в машину и уезжает, газанув и развернувшись на месте.
