— Юрий, посмотрите, пожалуйста, билеты: когда уезжает Елена?
Завхоз раскрыл папку, которую держал в руках.
— Елена… Елена — вот, вылет завтра в семнадцать часов тридцать пять минут.
— Прекрасно. Вы могли бы отвезти ее в город? Прямо сейчас.
— Как — сейчас? — взвизгнула девушка. — До самолета больше суток. Что я буду делать в городе?
Галина Александровна смотрела на нее с интересом.
— Здесь находятся только те, кто готов соблюдать правила, — спокойно пояснила профессор. — Тот, кто правила соблюдать не намерен, может считать себя свободным. Дверь на выход открыта для любого и в любой момент, мы никого силком не удерживаем. Пожалуйста, Юрий, будьте так любезны, отвезите девушку в город и отдайте ей билет.
— Да, конечно, — кивнул завхоз.
По его лицу было видно, что он изрядно удивлен.
— А где мне ночевать? — капризно спросила Елена.
— С этой минуты наш режим на вас не распространяется. Вы вольны принимать любые решения, актуальные в текущей действительности. Отели, мотели, хостелы, апартаменты — выбирайте сами.
— И вы все оплатите?
— Вот уж нет. — Наконец-то профессор позволила себе усмехнуться, и от этой усмешки Наташе почему-то стало жутко. — Оплачивается только пребывание участника в период соблюдения правил. Если участник отказывается выполнять правила, он автоматически возвращается к своей обычной жизни. Дорогу мы вам оплатили, а все остальное за ваш счет.
— А я хочу остаться здесь до завтра, — вдруг заявила девушка. — Мы так договаривались, и вы обещали, что проживание и питание будут бесплатными.
— Бесплатно — только для тех, кто играет по правилам, — холодно отрезала Галина Александровна. — Вы отказались соблюдать правила и тем самым выбываете из игры. Вы снова вынуждаете меня повторяться, а я этого очень не люблю. Юрий, проводите Елену в ее квартиру, пусть соберет вещи. И попросите Назара Захаровича прерваться на несколько минут и выдать ей технику.
— Понял, — четко ответил завхоз, сделал несколько шагов по направлению к Елене и аккуратно взял ее за локоть. — Пошли-пошли, не задерживай, видишь — люди работают.
Лица у всех девушек были озадаченными и слегка напуганными. Никто не ожидал подобной акции протеста, и уж тем более никто не предвидел такой реакции со стороны профессора. Улыбалась только Маринка.
— Одним конкурентом меньше, — едва слышно шепнула она Наташе. — Эта Ленка для меня была самой опасной, а теперь она выбыла и можно расслабиться.
Вечно у Маринки одни «перспективы» на уме!
— Что ж, продолжим.
