Автор
Алиса с нетерпением ждала новости о судьбе друга Никиты, пока Игнат не позвонил ей с радостной вестью — Никита был освобожден уже сегодня утром. А теперь перед Алисой стояло решение: будет ли она рассказывать об этом друзьям или оставаться молчункой по просьбе самого Никиты?...
Мне безумно хочется смять твои припухшие от слёз губы, зарыться в твои охренительно пахнущие волосы, нежно поцеловать пульсирующую венку на шее и улететь с тобой от близости и счастья.
Я знаю, что это невозможно, но не могу запретить себе этого безумно желать.
Зависаем с ней глаза в глаза, секунды летят, а мы молчим. Я делаю ещё пару шагов, тяжело опускаюсь на ковёр у её ног, с другой стороны от пса.
Я не спрашиваю разрешения, боясь разрушить эту волшебную тишину. Просто замираю, всё также открыто и ранено глядя на мою девочку.
– Ты живёшь в нашем старом доме? – всё же решается она на вопрос.
– Сейчас да.
– Но он не похож на жилой, – хмурится Алиса.
– Он и не жилой. Но я там живу, – усмехаюсь безрадостно.
– Это странно…
– Согласен. Жизнь вообще странная штука. Но справедливая. Закон бумеранга срабатывает безотказно.
– Это ты к чему?
– К тому, что свой бумеранг я уже словил. Мне очень больно видеть тебя женой моего лучшего друга и осознавать, что на его месте мог бы быть я, если бы не…
– Я уже давно не твоя, – обрывает Алиса.
– Но это не мешает мне тебя продолжать любить.
– Никита, уходи, – вздрагивает её голос. – Мне нечего тебе сказать.
– Я знаю это. Я ничего и не прошу. Я помню, как виноват перед тобой. Но знаешь, единственное моё желание, чтобы ты была счастлива. Тогда я смогу жить вдали от тебя.
– Я счастлива, – заявляет она, вскидывая подбородок.
– Алиса, Алиса, – качаю головой.
– Люблю! Я люблю своего мужа, – эмоционально начинает она, но как мне кажется, больше хочет убедить в этом себя. – Да, сейчас у нас возникло некоторое недопонимание. Такое случается. Но я точно знаю, что Игнат меня никогда не предаст, мы многое прошли с ним, он помогал мне в самых сложных ситуациях, и никогда не обманывал. Так что, Никита Барский, можешь быть спокоен. Я счастлива! У меня прекрасный муж и дочь.
– Хорошо, я уйду, Алиса, – вздыхаю. – И поверю, что ты любишь Игната. Только сначала кое-что проверю, – резко подаюсь к ней, запускаю руку в копну её шелковых волос, накрываю губами её нежный рот.
Это так охренительно остро, что мне тут же отрывает башку, оглушает от её близости, как будто я словил передоз от какого-то убойного пойла, и я тону, не в силах вынырнуть назад в адекват.
Алиса не отталкивает.
