Автор
Офицер потерял всё: звание, должность, квартиру. Его дело развалилось, подследственные объявлены невиновными. Но он не сдаётся и начинает жизнь заново, сохраняя веру в свою особую миссию. Вскоре выстраивает блестящую карьеру, но прошлое настигает его, угрожая всем достижениям и вынуждая...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Горлов тупик» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Офицер потерял всё: звание, должность, квартиру. Его дело развалилось, подследственные объявлены невиновными. Но он не сдаётся и начинает жизнь заново, сохраняя веру в свою особую миссию. Вскоре выстраивает блестящую карьеру, но прошлое настигает его, угрожая всем достижениям и вынуждая...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Полина Дашкова Легкое чтение Детективы Политические детективы подборки серии
Офицер потерял всё: звание, должность, квартиру. Его дело развалилось, подследственные объявлены невиновными. Но он не сдаётся и начинает жизнь заново, сохраняя веру в свою особую миссию. Вскоре выстраивает блестящую карьеру, но прошлое настигает его, угрожая всем достижениям и вынуждая...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как раз сегодня ей очень хотелось поработать. Выжившие свинки вдохновили ее. Троян назвал результат «отличным». Он думал, что свинок вылечил от легочной формы сибирской язвы традиционный коктейль из антибиотиков и специфического гамма-глобулина, просто его питомице удалось найти правильные соотношения и дозы. Знал бы он, что на самом деле питомица ввела свинкам и почему они не только живы, но бодры и веселы."
"– Фантастика, нечто из далекого будущего, – пробормотала Надя, передразнивая воркующую интонацию Трояна, – и вовсе не фантастика, а реальность, и вовсе не из будущего, а из хорошо забытого прошлого. Так-то, дорогой Лев Аркадьевич. В вашем сверхсекретном БФМ кто бы мне позволил заниматься алхимией?
Бактериофаги, вирусы-пожиратели бактерий, давно не давали ей покоя. Они могли бы стать отличной альтернативой антибиотикам, но пока мало кто понимал, что альтернатива в принципе нужна. Медицина в антибиотики верила свято, врачи прописывали их при любом чихе и просто для профилактики. Да, конечно, антибиотики спасают миллионы жизней. Но они дают тяжелую, долгоиграющую побочку, подавляют естественный иммунитет. А главное, чем их больше, тем быстрей бактерии мутируют и учатся выживать. Рано или поздно они разовьют резистентность. И что тогда?
Надя с раздражением замечала, что слишком часто произносит горячие внутренние монологи, пытается убедить кого-то в необходимости работы с фагами, и спрашивала себя: «Зачем? Хочешь доказать, что твоя тема, твоя идея самые важные? Кому? Адепты антибиотиков все равно не поверят, пока не ткнутся носом в новое средневековье. Опять чума, холера, туберкулез, сифилис и полнейшая медицинская беспомощность».
Неслышно подошел Гнус, заглянул через плечо, спросил:
– Надежда, ты вообще как себя чувствуешь?
– Нормально, а что?
– Ты какая-то бледная, печальная. Надо лететь в Нуберро, там опять дизентерия.
– Когда?
– Точно пока не известно, борт дадут в понедельник или во вторник. Смотри, если тебе тяжело, ну, или семейные обстоятельства…
– Олег Васильевич, я в порядке, тем более очаги мне сейчас нужны позарез.
– Кто о чем, а ты все о своих фагах. – Гнус похлопал ее по плечу. – Молодец, Надежда, спасибо, знал, что не подведешь, не откажешься.
Глава четвертая
Полная луна таращилась в окно, заливала комнату мутным белесым светом. Он лежал на своей раскладушке, вытянувшись, сложив руки на груди, как покойник, пытался заснуть, боялся, что она опять явится, ждал ее, боролся со страхом и бессонницей. Вот сейчас, пока ее нет, самое время поспать, и как на зло, сна ни в одном глазу. Она не приходила, а он все равно думал о ней, вспоминал их первую встречу, в тысячный раз перебирал, теребил подробности, словно замусоленные четки.
