Так мальчик и рос в глуши, пока не пожаловал Гоин и не отправил его в интернат для эо-одаренных. В интернате мальчика проверили вдоль и поперек и выяснили, что в нем течет кровь первых владетелей. Выяснить личность отца при центаврианских технологиях совсем не сложно. Вот и приходили к тете Норе, разнюхивали.
Я могу ошибаться, но интуиция подсказывает — все правильно.
Улыбнувшись, я помахала мальчику рукой и направилась к кару.
Во дворе устраивали какую-то конструкцию, охрана свирепствовала, слуги мельтешили по коридорам, невесты и женихи готовились к завтрашнему событию.
На этаже, где разместился Той, слышались звуки музыки и взрывы смеха. Ну, здесь, как всегда.
Проходя мимо этажа, где расположили Аркадия, я замедлилась. Он давно ждет меня. По-хорошему, стоит к нему зайти, но меньше всего я хотела бы сейчас слушать землянина. Что, я не знаю Ветрова? Он вцепится в меня как клеш, все выпытает про поездку в Ферисголд, а потом прочитает нотацию. Хотя, если подумать, не нотации меня пугают, а решимость в его глазах.
И кое-что еще…
Я быстро прошла его этаж и зашла в свои покои.
Обычно там ждала Несси (Лили заставила бедняжку находиться при мне денно и нощно), но не сегодня — перед визитом к Элеоноре я сказала, чтобы она не ждала меня в покоях. Кто еще мог зайти? Ветров, Лили, Маришка. Последним не до меня, слишком много забот, а Ветров не из тех, кто осаждает у дверей.
Я выдохнула утомленно.
Слишком много всего произошло в последнее время. Если не давать себе передышек, можно перегореть.
Я зашла в ванную комнату, решив, что нужно полежать в горячей ванне, затем хорошо поужинать, и лечь спать. Завтра же Отбор, важное событие! Не могу же я явиться помятой и сонной: Маришка меня не простит, да и Лили тоже. Им очень важно сделать из меня настоящую барышню; для них это будет доказательством того, и что и неудачница может сменить карму.
Я начала наливать воду. Ай! Кипяток! Кипяток… А кто у нас любитель кипятка? Альбинос, чтоб его рептилоиды сожрали! Ну почему все мои мысли так или иначе сводятся к нему?
Я постояла еще, посмотрела на воду.
Может, хватит уже гадать, чего хочет альбинос? Нужно решить, что между нами, до Отбора, чтобы этот самый Отбор не превратился в фарс. Так и не дав себе отдохнуть, я перекрыла воду и покинула покои, даже не взглянув на себя в зеркало. Маришка бы меня за такую халатность прикончила: она подобрала мне на каждый день наряды, красила, причесывала, и требовала, чтобы я отныне показывалась перед всеми обновленной.
