Ничего не ответив, Гоин возложил ладонь мне на лоб и глянул поверх головы. Пульс мой ускорился, от волнения даже замутило.
— Поехали, — бросил Гоин, и взял меня под руку.
— Куда?
— Скажу… позже.
— Нет, сейчас, — возмутилась я. — Что-то и правда не так с моей аурой? Опять какие-то дефекты потоков энергии? Ну, не молчи!
— Мой друг, только мой! — громко воскликнул Мелок и вцепился в мои волосы, чтобы не свалиться.
— Не беспокойся, Регина. Просто нужно кое-что проверить…
Я все требовала ответа, пыталась отцепить Мелка от волос, и поэтому не заметила, как это уселась в машину, откуда совсем недавно вышел Гоин, и куда мы поехали.
Мне и его расспросить хотелось, как дела, все ли в порядке, и о своей ауре больше узнать, и про Мелка рассказать… Одно только успокаивало — Гоин казался хоть и напряженным, но его лицо определенно светлело, он почти улыбался.
Как бы я ни выпытывала, что случилось, центаврианин не отвечал. Только когда мы оказались у новехонького дома Жизни, построенного с учетом дарнских веяний (то есть это был простой такой дом с узорами), поняла, что с моей аурой действительно какие-то проблемы.
Я даже подумала, что снова у меня что-то не так с потоками энергии, проблемы по женской части… Может, поэтому Мелок снизошел ко мне? Просто пожалел?
Нас не ожидали увидеть в доме Жизни, лирианцы, занятые медитацией, нахмурились. Местные не понимали, зачем нужны дома Жизни, и пока еще не приходили сюда толпами. Так, заглянет парочка любопытных, и все.
— Вы видите? — спросил Гоин, обойдясь без «Блага, просветленные» и прочих церемоний.
Мужчины… точнее, по виду скорее юноши, светленькие и тоненькие, посмотрели сначала на владетеля, а потом и на меня.
— Да, — наконец, кивнул один, и остальные закивали тоже. — Двойное кольцо.
— Да что происходит-то, в конце концов? — громко воскликнула я. — Какое, к черту, кольцо?
— Не ругайтесь, дитя мое, — заявил тот из лирианцев, что был к нам ближе всех. Его русский был не очень хорош, чувствовалось, что наречие не родное.
Гоин посмотрел на меня как-то совсем странно и улыбнулся.
Так светло, так хорошо улыбнулся, что я улыбнулась тоже, осознав: если лирианцы что-то и видят, то только хорошее.
— Ты ошибся, Мелок. Их двое, — сказал Гоин понги.
— Два? — моргнул тот.
— Правильно говорить двое, а не два.
— Два… друзья?
— Да, твои.
— Мои… друзья?
— Твои, твои, — сдерживая смех, подтвердил Гоин.
Зверек завис, а я, уже догадываясь, спросила:
— Кого двое?
— Детей, Регина. Ты беременна.
Я посмотрела на Мелка.
