— Мне просто жарко стало!
— У вас роман с владетелем?
Я скривилась, словно хлебнула кислоты, и посмотрела на горничную, будто это она мне кислоты предложила.
— Ты сознаешь, что говоришь?
— Да, у вас роман, — уверилась в своей мысли девушка. — Я такие вещи распознаю сразу, потому что родилась под звездой любви.
— Даже не знаю, как ответить на такое.
— Ну, так, не отвечай. Кстати, мои советы не бесплатны. За то, что я сегодня тебе рассказала, ты обязана отплатить мне услугой.
— И чего ты хочешь?
— Я хочу стать другом Тоя Ильмонга.
Услышав, как поет Той, я поняла, почему он вызывает у женщин неадекватную реакцию. Но я по-прежнему не понимала, как можно верить что он, артист первой категории, свяжется с простой девкой с закрытой планеты. Планеты, которая даже не состоит в Союзе людей. Маришка, конечно, само искушение, но таких смазливых девушек — миллиарды во вселенной.
Ильмонг пристает к любой мало-мальски симпатичной женщине, что появляется поблизости.
— Я знаю, — кивнула Маришка.
— Знаешь, и все равно хочешь быть с ним?
— Ты слышала, как он поет? — спросила горничная. — Ты видела, как он играет на сцене? А его танцы? Он великолепен. На него смотришь, и забываешь обо всем. В нем живет магия, он феномен… Когда я… когда мне было плохо, он меня спас. И я люблю его, как человека, который заново открыл для меня жизнь. Да, я всего лишь увидела его выступление в записи. Но мне и этого хватило, чтобы продолжать жить."
"— Для тебя он многое значит. Но в тебе он видит только очередную девку, которая пускает на него слюни, — я и не заметила, как коснулась брошки, начала поглаживать кристаллы. — Да что он? В Дарне о тебе та-а-а-акая слава идет, Мариш. И я тоже вниманием не обделена. Мы потаскухи для всех. И как бы идеально себя ни вели, таковыми останемся.
Маришка в одно мгновение сменила серьезность на легкомысленность. Такая быстрая смена эмоций делала ее похожей на непосредственное, милое создание, с которым приятно поиграть, но которого не особо ценишь. Вот, пожалуй, отчего все ее проблемы — для всех она лишь глупое животное. Самка без тени интеллекта.
Я и сама так про нее первое время думала, называла деревенщиной. В ответ Маришка звала меня стервой. Разок мы даже подрались на кухне, и растаскивал нас сам Гу. Мирил потом. С того и началась наша странная полу-дружба. «Полу» — потому что в дружбу мы не особо и верим.
— Неважно, что про меня думают, — заявила горничная. — Я-то знаю, что ничего дурного не сделала, и этого мне достаточно.
«Везет тебе, ты оптимистка», — подумала я, и сдалась.
— Ладно. Помогу тебе с Ильмонгом.
— Пока что это все, что от тебя требуется — это слушать и запоминать. Той рядом с владетелем, ты рядом с владетелем…
Понимаешь, о чем я?
— Понимаю, понимаю.