В горных тропах затаились опасности: турецкие враги скрывались среди скал и лесов, готовясь выйти из убежища. Широкие штурмовые лестницы и стальные кошки с цепными поводками — всё это они перевезли через горные тропы и перевали, чтобы накопить силу под стенами крепости. Но жители крепости были готовы отбросить все эти неурядицы и надеялись на свою удачу....
Похоже, «Горные тропы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Осмелюсь напомнить, что все мы здесь империи присягу давали. Так что, будем воевать тем, что имеем.
– А тех гранат у казачка много? – быстро спросил ротмистр.
– А вот этот вопрос я сейчас пойду выяснять, – грустно усмехнулся комендант. – Кто у нас на восточной стороне угловым барбетом командует?
– Унтер Ахримов.
– И что? Как там с горцами?
– Доклада о прорыве не было. Получается, отбились, – развел ротмистр руками.
– Да как же так-то, господа? – возмутился комендант. – Вы же офицеры, а простых вещей не знаете.
– Так не хватает нас на все участки, вам ли не знать, – отмахнулся ротмистр. – Взводами прапорщики командуют. При пушках наводчиками сами становятся. Вот и приходится унтеров на команду ставить. Довели фортификацию, – скривился он, снова махнув рукой.
– Ладно, не будем сейчас из пустого в порожнее переливать, – осадил комендант ненужный спор. – Возвращайтесь на свои места, господа, а я отправлюсь на восточную стену. Ежели что, меня там ищите.
* * *Ночь прошла в тревожном ожидании очередного штурма, но горцы атаковать не решились.
Елисей, которого комендант своим приказом забрал с места, нещадно зевая, выбрался к зубцу и, достав из сумки полевой бинокль, принялся рассматривать то, что начал строить противник.
– Чего там? – раздался хриплый голос, и Елисей, опустив бинокль, обернулся.
– Жердь какую-то на крестовину крепят. Думал, орудие какое для штурма, но никак не похоже.
– Кол это, – мрачно выдохнул обратившийся к нему немолодой казак. – Из наших кого казнить станут.
– Как это казнить?! – от удивления Елисей едва бинокль не выронил.
"В его сознании, человека двадцатого века, подобное обращение с пленными казалось чем-то кощунственным. Да, расколоть пленника по горячему, чтобы получить нужные сведения, это понятно, а вот подвергнуть его казни только ради удовлетворения собственных инстинктов, совсем другое. Впрочем, за речкой приходилось видеть подобное. Вспомнив несколько эпизодов из собственного прошлого, парень молча кивнул и, вздохнув, снова поднял бинокль.
