Автор
В темном и напряжённом доме городских богов, каждое слово кажется ответом на тысячелетнюю тайну. Вопросы Лулы взрывают воспоминания Техони о первом ритуале — загадочной трансформации, после которой он потерял способность чувствовать веру и волю богов.
Видимо рога демона и рога зверобога имеют разную природу. Одни легко уживаются в мире богов, другие конфликтуют и отторгаются.
Поначалу пришедшие восприняли нас с Лулой крайне настороженно. У них прямо-таки в подкорке заложен страх перед эсбэзе, и страх этот на мой взгляд беспочвенный. Никто не станет их ловить и сажать только за то, что они стали вынужденными эмигрантами.
Насколько я успел узнать местные порядки, здесь никому ни до кого нет дела, по крайней мере до тех пор, пока ты никому не мешаешь делать бизнес.
Я могу объяснить эти фантомные страхи только тем, что эти страхи притащены из ада. Наверно там имелись основания опасаться репрессий со стороны силовых структур на том основании, что ты не такой как все. Да уж. Легче убраться из ада, чем убрать ад из себя.
И все же постепенно количество выпитого переходило в качество все более открытого общения. Эмигранты сатанисты раскрепостились и разговорились. Правда, все их восторженные речи сводились к тому, как они в аду гуляли и пили, как они скучают по той разгульной жизни.
Лично я этой узости устремлений совершенно не понимаю. Их смысл существования в аду, судя по рассказам, заключался в том, чтобы пахать днями и неделями, а потом прокутить все заработанное в кабаке.
Но здесь-то, слава богу, не ад. Город богов предоставляет огромный спектр возможностей. Тем более у всех этих бывших демонов и демониц есть магические способности, а значит у них всех есть хранилище веры, как ни странно, вера в ад — это тоже полноценный вид веры.
Я тоже начал стремительно косеть. Черная водка, изготовленная из черной маны, — это вам не шуточки. Как мог, старался пропускать, но бывшие демоны довольно назойливы. Каждому почему-то хочется выпить вместе со мной. Лулу они тоже умудрились накачать.
Потом кто-то достал чертову дудочку и заиграл бесшабашный напев.
— Марк, ты их осуждаешь? — спросила Креосента. Ее глаза блестят пьяным блеском, но пьяной она не выглядит, наверно потому, что я сам пьян.
— Нет, что ты. Осуждать не в моих правилах.
