Автор
В темном и напряжённом доме городских богов, каждое слово кажется ответом на тысячелетнюю тайну. Вопросы Лулы взрывают воспоминания Техони о первом ритуале — загадочной трансформации, после которой он потерял способность чувствовать веру и волю богов.
Наверно эти драголемы плохо подходят для полетов в условиях плотного городского трафика. Поэтому и попадают в дтп слишком часто.
— Но есть информация, — не отстает репортерша, — Что профсоюз назначил премию за вовлечение драголемов в дорожные происшествия.
— Какая незадача, — посетовал Бар, — Лично у меня такой информации нет.
— Но камеры дорожной фиксации показывают, что их постоянно подрезают, — репортерша не оставляет надежды вывести Бара на чистую воду, только Бар «тёртый карась», на чистую воду выводиться не желает.
— В городе богов все друг друга подрезают, — он продолжает отвираться на хрустальном глазу, — Увы, все спешат. У всех срочные дела. Только раньше это не приводило к падению транспортного средства так часто.
— Вы думаете, драголемов вывели на дороги неподготовленными без должного тестирования?
— Это пусть решает дорожная полиция, — отморозился Бар, — Вопрос не в моей компетенции. Извините, у меня дела.
Бар тактично свалил, оставив репортершу у заправки.
— Бар, такими темпами мы разоримся на премии, — я выразил озабоченность, когда тот появился в баре.
— Не так все печально, Марк, — довольно ответил Бар, — Из всех случаев дэтэпэ едва ли треть произошла с участием парней из профсоюза.
— О как. А остальные что, случайно произошли?
— Нет конечно. Просто это резко вошло в моду.
— Да уж. Дурной… хороший пример заразителен.
— Пресс-служба Техноса уже выступила с заявлением, что драголемов отправят на доработку. Ведь это результат, Марк.
— Результат, конечно. Хотя проблемы он не решит. Технос оснастит драголемов всякими усилителями и выпустит обратно на дороги.
Лула отписалась, что у нее появились новости, поэтому в офис так и не поднялся. Парни сами знают, что делать, я вернулся на парковку в кабину Гора.
— Марк, спецназ Коплепокапля ждет нас у воронки, — отчиталась она.
— Да неужто сподобились. Не будем заставлять ждать таких серьезных ребят… Гор полетели."
"Увидев пятерку бойцов еще на подлете, сразу понял, что это именно бойцы, даже скорее воины: два бога войны, два бога стихии и разрушений, а пятый вообще бог смерти. Он так и стоит в характерном черном балахоне с косой в костяной руке, вместо лица белый череп.
