Автор
В теплую летнюю ночь мы прогуливались по живописному берегу реки. Свежесть ночного воздуха и насыщенные цвета природы создавали неповторимую атмосферу. Между разными каскадами водопадов таяло оживление: серебристые рыбки, играющие в ясном ручье, привлекали нас и заставляли останавливаться наслаждаться моментом.
Раздел Chitat.online для книги «Город и его ненадежные стены» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В теплую летнюю ночь мы прогуливались по живописному берегу реки. Свежесть ночного воздуха и насыщенные цвета природы создавали неповторимую атмосферу. Между разными каскадами водопадов таяло оживление: серебристые рыбки, играющие в ясном ручье, привлекали нас и заставляли останавливаться наслаждаться моментом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В теплую летнюю ночь мы прогуливались по живописному берегу реки. Свежесть ночного воздуха и насыщенные цвета природы создавали неповторимую атмосферу. Между разными каскадами водопадов таяло оживление: серебристые рыбки, играющие в ясном ручье, привлекали нас и заставляли останавливаться наслаждаться моментом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Судя по всему, он постоянно носил одну и ту же зеленую толстовку с принтом «Yellow submarine» (которая ему, похоже, очень нравилась). После рассказа Соэды я обратил внимание, насколько глубоко мальчик погружался в чтение. Открыв книгу и начав читать, он вообще переставал шевелиться. На лбу у него даже время от времени выступали капельки пота."
"Но заметил я все это только когда Соэда объяснила мне ситуацию, и я стал присматриваться к его поведению. Если бы не это, я вряд ли обратил бы на него внимание. Просто мальчик, сидящий в библиотеке и читающий, не поднимая глаз, вот и все. В его возрасте я тоже иногда был настолько поглощен чтением, что забывал есть и спать.
Его вопрос о моей дате рождения был первыми и последними словами, которые я услышал от мальчика. Как только он ее узнал (и определил, какой это был день недели), его интерес ко мне, видимо, угас.
Но однажды утром, в понедельник, когда библиотека была закрыта, я впервые увидел мальчика с желтой подводной лодкой на груди где-то кроме читального зала.
46
В то утро я, как обычно и делал по понедельникам, посетил могилу семьи Коясу и возложил на нее скромный букет. Небо было облачным, а ветер - настолько влажным, что, вероятно, в любой момент мог пойти дождь или снег. Зонта у меня с собой не было. Сначала я молча помолился за упокоение душ всех членов семьи. Пятилетний мальчик, погибший в результате несчастного случая, его мать, которая от горя бросилась в бушующую реку, и директор библиотеки, внезапно скончавшийся от сердечного приступа во время прогулки по горам, теперь обрели свой последний приют рядом друг с другом. Хотя никого из них я при жизни не знал, мое сердце все же чувствовало какую-то привязанность к эти людям.
Затем я сел на каменную ограду перед памятником и немного поговорил с ним. Или с Коясу, чей прах лежал под этим идеально гладким куском мрамора. Время от времени птицы в соседней роще издавали пронзительные крики. Они звучали так скорбно, как будто эти птицы только что стали свидетелями гибели мира. Больше на кладбище не раздавалось ни звука. Густые облака, казалось, поглощали любой шум - вот настолько было тихо.
Я подробно рассказал Коясу о том, что произошло в библиотеке за прошедшую неделю. Как всегда, ничего особенно значительного там не случилось, но я подумал, что о некоторых вещах упомянуть все же стоит. Семидесятишестилетнему господину стало плохо, когда он читал журнал в холле.
