Автор
В теплую летнюю ночь мы прогуливались по живописному берегу реки. Свежесть ночного воздуха и насыщенные цвета природы создавали неповторимую атмосферу. Между разными каскадами водопадов таяло оживление: серебристые рыбки, играющие в ясном ручье, привлекали нас и заставляли останавливаться наслаждаться моментом....
«Но как мы сможем стать единым целым?»
- Это очень просто. Позволь мне укусить тебя за левое ухо. Тогда мы станем едины.
«Так это был ты. Ты укусил меня за мочку правого уха?»
- Да, это был я. Я попал в город, укусив тебя за правое ухо во внешнем мире. И если я укушу твое левое ухо здесь, в городе, мы станем единым целым.
Мне нужно было время, чтобы все обдумать и упорядочить хаос, царивший в моих мыслях. Решение стать единым целым с мальчиком было чрезвычайно сложным. Возможно, после этого я стану совершенно другим человеком.
- Извини, но у нас нет времени думать. Я же нахожусь здесь нелегально. И будет очень плохо, если о моем присутствии узнает стражник. Кто-нибудь в городе может увидеть меня и рассказать ему об этом. И тогда он немедленно меня схватит. У него хватит на это сил. Вот почему наше слияние должно произойти как можно быстрее.
Я все еще ничего не понимал. Почему я был этим мальчиком, и почему этот мальчик был мной? Что это вообще значило?
Однако я по какой-то причине начинал ему верить, хотя и не видел в его словах никакой логики.
- Пожалуйста, верь мне. Когда мы станем единым целым, ты обретешь свое настоящее «я» и никогда не пожалеешь об этом. А если и пожалеешь, то всегда сможешь вернуть все обратно. Ты свободен, как птица в небе.
Свободен, как птица в небе?
Я уже почти не мог ни о чем думать. Я был совершенно растерян и близок к тому, чтобы снова заснуть.
- Не засыпай, - прошипел мне на ухо мальчик, - Не спи.
Мне было уже все равно. Я хотел только одного - поскорее заснуть и ни о чем не думать.
«Ну ладно, кусай», - пробормотал я то ли вслух, то ли про себя
Если уж он действительно так хочет меня укусить, то все равно это сделает.
Мальчик, недолго думая наклонился ко мне и укусил за мочку левого уха так сильно, что там, наверное, остался след от его зубов.
И я погрузился в глубокий сон.
Проснувшись утром, я, как ни странно, чувствовал себя совершенно нормально. От ночного паралича не осталось и следа. Дневной свет просачивался сквозь щели в ставнях, а в комнате царила абсолютная тишина.
Все было точно так же, как и каждое утро.
Первым делом, даже не успев оторвать голову от подушки, я ощупал мочки своих ушей. Сначала правую, потом левую. Никаких следов от укусов или болезненных ощущений при нажатии я не заметил.
