Величайший секрет Эмбера скрывается в тени самой большой башни города, а маленький мальчик Скотт пробуждает древние силы, когда на землю падает первый дождь после многолетнего безмолвия. Вокруг него начинают меняться люди — некоторые превращаются в огонь, другие — в лед. Город Эмбер оказывается центром не только жестокой борьбы за власть и влияние, но и непрекращающейся магической эпопеи....
Мы не знали о существовании посткатастрофных поселений в такой близости от нас, тем более целого города.
— Что значит «посткатастрофный»? — шепотом спросила Лина у Дуна.
— Не знаю, — ответил он.
Мэри Уотерс откашлялась и глубоко вздохнула.
— Этим вечером мы сделаем для вас все, что в наших силах, а завтра мы поговорим о… о ваших планах. Некоторые наши семьи готовы принять несколько человек на ночь… стариков, больных и тех, у кого маленькие дети. Остальные проведут ночь на площади. Те, кто будет ночевать в семьях, разделят с ними ужин.
Эмбериты захлопали.
— Спасибо вам! — прокричали несколько человек. — Большое вам спасибо!
— Что такое сухари? — спросила Лина У Дуна.
Он лишь пожал плечами.
— Кому нужна крыша над головой, пожалуйста, встаньте! — продолжила Мэри Уотерс. — Как я сказала, у кого есть дети, старики и больные.
Шорох пронесся в толпе, люди поднимались. Слышались фразы: «Вставай, отец», «Ты иди, Уилла», «Нет, я останусь, а ты иди», «Пусть идет Арно, он растянул ногу».
Яркий желтый шар на небе катился к горизонту, тени удлинялись. Приближалась ночь, и у Лины портилось настроение. Она подумала о своей сине-зеленой спальне в доме миссис Мердо в Эмбере, прекрасной комнате, которая ей так нравилась, и вдруг затосковала по ней. С каким удовольствием она съела бы сейчас тарелку супа из репы и забралась бы под одеяло, рядом с Поппи, слушая, как миссис Мердо прибирается в гостиной.
Мэри Уотерс выкликала фамилии. Всякий раз кто-то из жителей Искры выступал вперед и говорил, сколько может принять людей.
— Ли Парсонс!
— Двоих, — ответила высокая женщина в черном платье, и Мэри Уотерс указала на чету стариков. Они подняли свои мешки и пошли за женщиной.
— Рэндолф Бонито.
— Пятерых, — ответил крупный краснолицый мужчина, и семья Кэндрик, с тремя детьми, ушла с ним.
— Эверс Миллс.
— Четверо.
— Лэнни Макморрис.
— Двое.
— Джейн Гарсия.
— Трое.
Мэри выкрикивала и выкрикивала имена. Небо темнело, становилось холоднее. Лина дрожала.
