В Городе-мечте, где хвойные деревья соседствуют с лиственными растениями и грибами, каждый из нас отыскивает свой уголок. Славка неожиданно приходит в ярость за пределами этого городка, а Бер уверенно держит путь к спасению. В этом удивительном мире, где природа раскрывает свои тайны, каждый найдет место для себя....
— Тихо! — шикнул я. — Нас четверо. Их восемь. Зато на нашей стороне темнота и эффект неожиданности! Мы ведь можем всё сделать тихо. Сможем, да?
Трибэ промолчал. А Мелкий посопел и ответил:
— Да лан, мужики, натянем их… Только надо подождать, пока уснут!..
Глава 5
Совершенно безрассудно
Дневник Листова И. А.
День семьдесят второй. Тёмная ночь!
Для обсуждения плана отползли в сторону. Сумерки уже превратились в ночь, а мы всё ещё лежали и молча смотрели на лагерь, трёх дозорных… И собирались с мыслями.
Мыслей не было.
Я, конечно, иногда тренировался быстро перезаряжать винтовку… Но до скорости того же Пилигрима мне было, как до дальней местной луны пешком. Пока я затвор дёргал и пулю вставлял, тот успевал два выстрела сделать.
— Когда-нибудь они сменятся!.. — неожиданно выдал ценную мысль Мелкий.
— Кто? — не понял Трибэ.
— Эти, дозорные… Они, же, типа не всю ночь на посту будут! — пояснил гопник.
— И что это нам даёт? — спросил Трибэ.
Это однозначно должно было что-то давать.
Мы все задумались.
Нет, мы не тупые. Просто тупили. Голова отказывалась принимать тот факт, что мы сейчас пойдём кого-то убивать.
— Когда сменятся дозорные — эти трое пойдут спать! — сказал я. — А первые часы сна — самые крепкие. Даже если человек привык спать вполглаза. Значит, как минимум, трое из восьми будут крепко дрыхнуть. А ещё трое будут сонные, пока их смена только начинается.
Я ещё немного подумал. А потом всё-таки произнёс то, что мне говорить не хотелось.
Как в омут с головой нырнул.
— Первыми надо будет убрать дозорных. Убрать тихо и почти одновременно!
— Живыми будем брать, или это… — Мелкий поводил пальцем у горла. — Совсем?
— Знать бы, кто из них из южного полушария… — вздохнул я. — Это ценный источник информации.
— Я тебе и так скажу! — нахмурился Трибэ, а затем указал мне на спящего у костра здоровяка.
