- Ничо, паря, ничо, - успокаивающе, покровительственно проговорил Глухарь. - Мечите на стол все, что есть... Будем думать...
Все было выпито и съедено. Мишку развезло, и он, усевшись на какие-то доски возле бочки с водой в саду, плакал и ругался, не обращая никакого внимания на сидевших за столом Игната со Стреляным. У старика было ни в одном глазу, а Федор, собрав всю свою волю, держался из последних сил: его безудержно клонило в сон.
- Поди ополоснись вон. - Игнат понимающе кивнул на железный кран под яблоней, от которого тянулась труба.
Федор встал и, покачиваясь, пошел к крану. Ударила струя желтоватой, сначала теплой воды, а потом пошла ледяная. Он подставил сперва голову, а потом, сняв рубашку, и плечи, вымылся по пояс. В мозгу просветлело.
- Я тебе так скажу, - начал Глухарь, когда Федор вновь сел за стол. - Их гнездо осиное, это "Руно", я с твоей помощью подпалю... Меня облапошить трудно, Федя. Ладно, Крот сыграл не по правилам, но у него свой интерес был, а они встали на путь отрицаловки всех молитв, на путь, канающий к "загибу иванычу". Ты усек? Нельзя допустить, чтобы окозлились ништяковые фуфлы воровских правил и правды. Нельзя...
- Они сами стали играть по правилам "шерстяных", этих "новых русских"... - вставил Федор.
- Ну, значит, и нас ничего не держит... Так? Ты этого адвоката забирай от нас... Западло пайку скармливать да горшки таскать... Чмур он, медвежья болезнь у него, загадил весь подвал...
- Еще денек пусть побудет, - взмолился Федор. - Мне машину надо достать. Но ты, кто б ни приехал, - молчок.
- Ты это мне ботаешь? - усмехнулся Глухарь. - Шпанец! Ты вот давай через недельку ко мне заглядывай. Я тебе все досье на Мирона и компанию выложу... Чую, он - фраер, там есть покрепче его голова...
На том и расстались.
...А с раннего утра на другой день Федор катил в Мытищи. Ему страстно хотелось забрать с собой девушку и показать ей собственную квартиру на Смоленской. Он мечтал сделать ей сюрприз, доказать, что не перекати-поле, а вот, солидный человек, без году неделя в Москве - и уже с жильем, да и машинка новенькая, пусть и не иномарка, а хороша.
Бледное блестящее лицо девушки, пряди каштановых волос прилипли ко лбу. В Москве жара. День за днем над городом висит неподвижный жаркий воздух.
Светлана стоит на пороге, как бы раздумывая, впускать его или не впускать. Он не ожидал этого. Светлана отбрасывает волосы с глаз, смотрит на него своими горящими остекленелыми глазами, мнется. Она в последнее время часто удивляет Федора по телефону туманными ироническими фразами, своей категоричностью, самим характером своих сомнений, что все у них будет хорошо.