Ехавшие по магистрали машины быстро поворачивали назад, не доезжая до места разгоревшегося боя.
Михась, сидевший в первом джипе, ползком приблизился к поляне, где, как предполагалось, укрылись нападавшие.
Он увидел горящую машину и два окровавленных тела подле нее.
- Живьем, взять остальных живьем, - крикнул он приблизившимся товарищам и тут же получил пулю в голову из кустов напротив.
Все залегли снова. Горящая машина внезапно взорвалась. Сквозь языки пламени мелькнул скорчившийся огрызок обуглившегося человека.
Разделившись на пары, преследователи из двух джипов рассеялись по лесу. Несколько раз раздался харкающий треск автомата. Потом все стихло.
На обочине шоссе, метрах в двухстах от места нападения, стоял развороченный "мерседес". Артур Нерсесович, бледный, с запавшими глазами, сделал попытку открыть дверцу, потом перевел взгляд на водителя, уткнувшегося лицом в руль.
- Юрка, - с трудом произнес Аджиев, - ты жив? - Шофер не откликнулся, тогда Артур Нерсесович протянул руку и положил ее ему на плечо, потеребил: - Юрка...
Тот приподнял голову и повернул залитое кровью лицо к Аджиеву.
- Босс, - просипел он, - я ничего не слышу. Ничего... - И запричитал диким, воющим криком, обхватив голову ладонями. Рычаньем отозвалась на его крик бегающая подле машины собака.
Аджиев вздрогнул, и тут только услышал сам, как неизвестно почему включившееся на полную мощность радио беспечно напевает дурным голосом:
"В шикарном отеле ночной ресторан, Вино, сигареты и пьяный дурман. Казалось, не встречу тебя никогда, Лишь пару минут подарила судьба..."
Это было настолько абсурдно по сравнению с тем, что они только что пережили, что Аджиев начал смеяться. И не мог остановиться, совладать с собой. Так его и застала вернувшаяся охрана - смеющимся.
А еще через несколько минут подъехали, вызванные по рации, две машины "скорой помощи" и милиция.
"Что теперь будет?" - бился у него в голове неотвязный вопрос - с той самой минуты, когда ему сообщили, что группа, поехавшая на ликвидацию Китайца, разгромлена. Четверо убитых. А пятый, которому чудом удалось уйти от преследователей, сообщив это известие в его контору в Москве по телефону, бесследно исчез.
Конечно, деньги уплачены. А результат? Он взял на себя ответственность, он действовал в одиночку, рассудив, что победителей не судят, и вот - полный облом.
Купцов раздраженно ходил по террасе своего барского дома. Все домочадцы попрятались, почуяв, в каком он отчаянном состоянии. Теперь под горячую руку ему попадаться не следовало. Павел Сергеевич был вспыльчив.
Сегодня решалось его будущее, он поставил на карту большие бабки в ожидании верного выигрыша. И вот - сначала дурацкий звонок этой истеричной бабенки, а потом - провал всей тщательно разработанной операции.