Только удивилась: кто мог прийти в такое время? Да еще и звонили в дверь, а не домофон. К ним и во двор-то попасть проблематично, не то что в парадную.
Увидев своего гостя в «глазок», она удивилась еще больше и даже не стала придавать своему лицу вежливое выражение, когда распахнула дверь.
Городская квартира казалась непривычно тихой и пустой. Кирилл уже не мог вспомнить, когда он последний раз оставался в ней один, без Насти. Она готовила ему завтрак по утрам и встречала с ужином после работы, они вместе ездили за покупками по выходным, а со своими немногочисленными подругами она успевала встретиться во время его дежурств. Они всегда были вместе.
Она попросила его не оставаться на даче. Сказала, что им какое-то время стоит побыть порознь. Формулировка «какое-то время» отчасти вселяла оптимизм, но на многое Кирилл не рассчитывал. Настя всегда была слишком деликатна, чтобы рубить с плеча, но в то же время очень упряма и принципиальна. Вероятно, для себя она уже все решила. Как он будет жить с этим ее решением, Кирилл не знал.
Чтобы не нагнетать обстановку, он собрал свои вещи и по пути к выходу внезапно столкнулся с такой же собранной для поездки Алисой.
— Я с тобой до города. Ты не против? — соблазнительно улыбаясь, спросила она. — Не вызывать же мне отдельное такси.
Да, поездка на такси отсюда до Питера влетала в копеечку, но машину Кирилл решил оставить Насте и Эдику. Не мог же он бросить их тут без транспорта, вдруг что-то случится. Ему и так не нравилось оставлять их одних, несмотря на все, что он сказал сестре.
Он знал, что жена и сын наблюдают за ними, поэтому только равнодушно махнул рукой в сторону такси, уже ожидавшего во дворе. Девушка радостно зашагала к нему, на ходу обернувшись и послав куда-то наверх воздушный поцелуй, который, скорее всего, предназначался Эдику. Что она наплела ему и как убедила остаться на даче, а не ехать с ней в город, Кирилл не знал, да и знать не хотел.
В пути она несколько раз пыталась пристать к нему с разговорами и многозначительными намеками, заставлявшими водителя с интересом поглядывать на них в зеркало заднего вида, но Кирилл преимущественно игнорировал ее болтовню. Он открыл рот только один раз, чтобы пригрозить высадить ее на трассе, если она не прекратит. Он бы, конечно, так не сделал, но выглядел, наверное, очень убедительно, потому что малолетняя дурочка после этого заткнулась и больше к нему не лезла. В городе он высадил ее у первой попавшейся на пути станции метро.
И вот теперь он сидел в тишине и пустоте городской квартиры, медленно потягивая дорогое вино, которое они с Настей вместе купили пару недель назад, и совершенно не чувствовал его вкуса.
Нет, он ни о чем не жалел.