В Городах в поднебесье автор Лео Сухов проникает глубоко в сердце унылой повседневности обычных людей. Здесь каждый выглядит так, будто уже не может ничего изменить — как он сам когда-то пытался. Книга раскрывает душу обычного человека, его попытки найти хоть что-то хорошее в жизни и смириться с тем, что осталось после ухода....
Вода!
— В-да! — кивнул Рубари, пристроившись рядом. — Вот и сп-ст-лись!
— Давай больше мощности! — сказал я. — Попробуем держаться в тучах…
Я прошёлся по каютам и по коридору — везде мы оставили маленькие смотровые окошки. И, конечно же, обнаружил за кормой одного из преследователей.
— Вот скотины…
— З-м-тили?! — расстроенно спросил Рубари.
— Ага, — ответил я, поморщившись. — Упёртые, гады….
В принципе, удивлялся я зря. Мародёры были опытными воздухоплавателями — знали, куда ветер дует, и ещё наверняка знали, как можно загонять даже маленькие и юркие дирижабли.
Пришлось вставать к штурвалу и думать, хоть голова с недосыпу и отказывалась от тяжёлого умственного труда. А думал я о напёрстках. Не о тех, где напёрсточники прячут шарики в рукав, а о тех, где честно соблюдаются правила.
Знали ли мародёры, куда мы летим? Могли догадаться.
Что было верно лишь отчасти. Была тут ещё одна скала, где можно было провести ремонт…
«Экори! Сволочь! Гадский каменный штырь! Да отпусти уже!» — мысленно взвыл я.
Но нет, Экори отпускать нас не хотел. Я бросил последний взгляд на скрывающуюся из виду поверхность Терры, начинавшую покрываться зеленью, и начал уверенно поворачивать.
— К-да л-тим? — уточнил Рубари.
— В Экори! — ответил я мрачно. — Попробуем там отремонтировать аэростат, пока нас мародёры ловят на пути на юг.
— Хм… Хм… — Рубари задумался, вцепившись в бороду. — Д-бро!
В тучах я держался настолько долго, насколько мог. Даже завтрак съел за штурвалом. К сожалению, вода постоянно тянула дирижабль вниз, и приходилось всё больше увеличивать тягу.
"За ночь и день, что нас не было — Экори ни капли не изменился.
