В Городах в поднебесье автор Лео Сухов проникает глубоко в сердце унылой повседневности обычных людей. Здесь каждый выглядит так, будто уже не может ничего изменить — как он сам когда-то пытался. Книга раскрывает душу обычного человека, его попытки найти хоть что-то хорошее в жизни и смириться с тем, что осталось после ухода....
Из тринадцати логосов мне реально могли пригодиться меньше половины, а все остальные повисли в хранилище мёртвым грузом…
Для дальнейшего обучения всему этому требовалась информация, но где её достать — я не знал. Осторожные расспросы Нанны и Рубари ничем не помогли — им это всё тоже было неизвестно. Нанна просто не представляла, где, что и как. А Рубари всё получил во время обучения: были у него незначительные логосы на разные виды работ. Зато я узнал, что бытовые логосы — только первый шаг. Были ещё логосы ничтожные, незначительные, малые, приемлемые, существенные, сильные и, вроде как, очень сильные — хотя вот это уже было неточно.
В общем, первый мой шаг в освоении логосов стал полным разочарованием. К счастью или к несчастью, вся моя жизнь — сплошная череда разочарований. Если бы я опускал руки каждый раз — уже давно и вторую бы свою жизнь потратил.
Логосы, которые я повесил на семечко пневмы, так же легко можно было отцепить и отправить в хранилище. Требовалось только мысленное усилие. И вот это очень радовало, потому что не страшно было ошибиться с набором в десять логосов. Изменить его можно было в любой момент.
Впрочем, было и ещё одно дело, с которым хотелось бы разобраться, но я не был уверен, что выйдет. Мне было болезненно интересно узнать, зачем всё-таки торговый дирижабль расстреливал оставшихся в Экори… В условиях, когда ты вроде как просто пытаешься выжить, но при этом вынужден нарушать законы — любая информация может пригодиться. А уж с моим феерическим невезением — так точно…
В город я спустился ближе к обеду. Особенно острой необходимости у меня в этом не было, припасов пока хватало — но вообще запас карман не тянет.
Уже когда я шёл по проторенной дорожке, то понял, что спаслись мы действительно чудом. Сверху мои следы должны были быть отлично заметны. Однако, на наше счастье, экипаж торгового дирижабля, видимо, не обратил на них внимания.
