— Вот! Понимают, что нельзя обижать простого следователя, потому что такие, как я, давно должны быть в Красной книге.
— Это в качестве животного или растения?
— Похохми мне тут. Машину прислали, у выхода стоит водила, ждёт, — Визгликов покривился и сказал. — С водилой не так удобно, но лучше так, чем вращаться в этом круговороте людей — того и гляди кошелёк сопрут.
Стеклянные двери с натугой открылись, выпустив из зёва метрополитена очередную партию людей, Стас скучающе оглядел оживлённую площадь, мазнул взглядом по сияющему краской и украшенному кольцами лимузину, выискивая автомобиль, который им должны были прислать.
— Визгликов Станислав Михайлович? — послышалось сбоку.
Стас смерил взглядом рослого юношу в дешёвом чёрном костюме, белой рубашке и тёмном, не в тон, галстуке.
— Вы водитель? — спросил Визгликов.
— Да, прошу вас, — сказал молодой человек, как-то странно взглянув на них с Погореловым, и сделал широкий жест.
Визгликов молча перевёл взгляд на припаркованный лимузин, потом снова на водителя и, немного сузив глаза и нехорошо улыбнувшись, покивал.
— Как зовут?
— Артём Архаров, — громко по-военному представился водитель.
— Понятно, Артём Архаров. Ладно, поехали, — вздохнул Визгликов и оглянулся на тихо посмеивающегося Погорелова. — Хорош ржать.
Водитель подскочил к дверце, чтобы открыть, но Стас только тихо процедил сквозь зубы:
— Мы сами. Иди за руль, — достал из кармана телефон и, набрав номер, проговорил:
— Да не надо с ходу оправдываться, я понял, что это шутка. Только и я теперь буду шутить, так что ты не обессудь, — Стас помолчал и добавил: — Ну, ты почему-то считаешь возможным мне звонить среди ночи бухой в дымину и требовать помощи. Ах, ты не помнишь? А ты вспомни, как весело ты провёл прошлую неделю, — сказал Стас и, сунув телефон в карман, полез на заднее сиденье лимузина.
— Да, на таком преступников хрен погоняешь, — оглядывая убранство салона, сказал Погорелов, залезая внутрь.
— Простите, — водитель оглянулся, — а вы из полиции?
— Следственный комитет, — важно заявил Погорелов.
— Круто. Я тоже хотел пойти.
— Что остановило? Карьерный рост в лимузиновой компании? — поинтересовался Стас.
— Жена. Ругается, говорит, только через её труп.
— Не, через её труп это в строго противоположную организацию, — вздохнул Визгликов, — организованной преступности. Военный?
— Так точно! Комиссован после ранения, — Артём пожал плечами. — Потом решил, что надо и мирной жизнью пожить, ребёнка хотим завести.
— Ну, тоже дело хорошее, — Визгликов помолчал и добавил: — Где-то я твою фамилию слышал.
— У меня дед в прокуратуре трудился, следователем. Правда, давно, но такой был, что многие о нём помнят.
— Точно, он же тоже Артём Архаров.