Городской тариф — читать онлайн бесплатно полностью

Зачем горбатиться до изнеможения, чтобы в конце оценить сделанную работу и почувствовать себя счастливым, если можно выпить и забыться, уколоться и закайфовать? Зачем напрягаться и откладывать момент счастья на потом, если можно без напряжения, здесь и сейчас? Человек слаб и подвержен искушению, так что с формированием спроса на наркотики проблем не будет. А кто сам не захочет употреблять - того подсадим, завлечем бесплатными дозами «на попробовать» - и дело в шляпе, во всем мире система налажена и приемы давно отработаны.

Новый генсек, человек непьющий, идею антиалкогольной кампании поддержит, ему нужно поднимать разваленное советскими управленческими методами производство, и трезвость на предприятиях - одно из непременных условий. И женская часть населения будет его любить. Надо лишь грамотно подать идею и пролоббировать ее.

Идея понравилась, и Михаил Ланской получил то, чего хотел: доступ к роскоши и всяческим удовольствиям, в том числе к туристическим поездкам по всему миру, а не только в Болгарию и Румынию, и очень большие деньги.

Его начальники по институту, конечно, узнали обо всем, и Ланского от работы над Программой отстранили. Были предприняты попытки как-то исправить положение, кураторы долгосрочной общесоюзной программы, не раскрывая истинных целей, вступили в контакт с теми, кто купил разработку Ланского, но не нашлось в то время силы, которая оказалась бы влиятельнее наркоденег. Пробиться к новому генсеку не удалось, и в мае 1985 года вышел указ о борьбе с пьянством и алкоголизмом. Производство алкогольной продукции сократить, продажу ограничить, виноградники вырубить, и так далее.

С этого момента Евгений Леонардович раз и навсегда вычеркнул Михаила Ланского из своей жизни. Ему было очень больно, ведь десять лет, целых десять лет они работали рядом, загорались новыми идеями, придумывали методы исследований, разрабатывали технологии моделирования и прогнозирования, и Ионов считал Михаила, наряду с Димой Шепелем, одним из лучших своих учеников и последователей.

Дима был талантливым математиком, Миша - криминологом."

"А вот теперь Миша умер, ему только-только исполнилось шестьдесят два, совсем еще молодой. Идти на похороны не хотелось, но и не пойти нельзя, ведь провожать Михаила придет научная общественность, и отсутствие профессора Ионова сразу заметят. Никто не знает об их конфликте, так же как не знают и о Программе. И рассказать нельзя…

Еще только четыре утра, а сна ни в одном глазу.