Горсть патронов и немного везения — читать онлайн бесплатно полностью

"

"Из клиники профессора Нечаева — в Швейцарию, на дорогой машине, на самолете международной авиакомпании «Боинг»… Как во сне, да еще и перспектива пластической операции за чей-то счет!.. Это ж с ума сойти можно!.. Одним словом, посадил он меня в самолет, и я полетела. В Цюрихе меня встретили двое, посадили в машину, отвезли на вокзал. Я стыдилась очень всего этого комфорта, ну никак он с моим фэйсом не сочетался, комплексовала очень. Заграница-то для меня уже не в диковинку — и во Франции, и в этой Швейцарии случалось бывать на боях. Правда, я ничего не видела, как правило, менеджеры экономили — после боев сразу обратно. Девки куда-то ходили, шмотки покупали, а я нет. В общем, на вокзале в Цюрихе сажают они меня в поезд и сопровождают в горную местность, в Граубюнден. Там, в Альпах (ах, как там прекрасно, Решетников! какой воздух! я шла по маленькой деревушке, по булыжной мостовой, и плакала, и слезы замерзали у меня на щеках!..), меня привели в косметолотческую частную клинику доктора Лиотара. Сказали по пути, что он лучший в Европе, я теперь и сама это знаю, посмотри на меня!.. Ты веришь, нет? — он из потомков художника Лиотара, который нарисовал мою любимую картину «Шоколадница», я видела ее в Дрезденской картинной галерее. Я никогда не была в музее, а туда пошла однажды. Я дралась тогда за клуб «Висмут». Тысячи раз видела всяких красивых баб на фотографиях, но никогда мне ни на кого не хотелось так быть похожей, как на эту шоколадницу. Не знаю почему… И вдруг… Ты представляешь?.. Сам Лиотар, потомок художника!.. Добрый старикан. Клиника в Альпах, культура — что тебе сказать!.. Ты никогда не был в Альпах, Решетников? Значит, ты не знаешь, где живет Дед Мороз. Я заговорила с Лиотаром по-немецки, он очень удивился и обрадовался. Я тогда не знала, что это тот самый Лиотар, иначе сказала бы ему, что хочу быть похожей на шоколадницу. Он очень долго меня осматривал, у меня брали все анализы, замеряли пульс и давление, фотографировали. Меня никогда так много не фотографировали и не делали рентгенов. Лиотар все смотрел на снимки, смотрел на меня — при дневном свете, при электрическом. Делали маску с моей рожи, и не один раз. Собирались другие врачи, и я чувствовала, что меня как будто пытаются сочинить. Будто я еще не родилась, а просто какая-то глина или гипс, или мрамор, и вот они все о чем-то говорят в моем присутствии, и я знаю, что они говорят обо мне, хотя говорили-то они по-итальянски с примесью латыни и я не очень понимала текст, но в общем чувствовала, что они обсуждают, какой я буду. Палата у меня была отдельная, Решетников. Где там этому номеру, в котором мы с тобой прячемся!.. Отдельная палата, сестра Нора, санитарка фрау Кристина, вид на заснеженные горы из окна.