Поскольку это не приём, фланировать по холлу, пожимая руки всем желающим и ведя неторопливые беседы, не имеет смысла. Улыбаясь во все шестьдесят четыре и резко оглохнув, дабы не отвечать на вопросы, мы с Санькой прошли в конференц-зал, куда начали подтягиваться и остальные.
«Гвардия» начала рассаживаться на трибуне, остальные занимают места в зале, согласно билетам – как в театре.
– Господа… граждане и товарищи! – я встал, привлекая к себе внимание, – Прежде чем начнём пресс-конференцию, хочу удостовериться, что правила все читали и все с ними согласны.
Дабы не было обид и обидок, места для репортёров разыгрывались в лотерею. Отдельно – для представителей мэрии и прочих, не причастных к прессе.
– Напоминаю, – занудствую я, – Каждый репортёр имеет право задать по одному вопросу. Любому! Но разумеется, если это вопрос будет касаться личной жизни, военных или коммерческих тайн и тому подобных вещей, мы оставляем за собой право не отвечать на них. Так же вы все ознакомились и подписались под договором, согласно которому вопросы откровенно провокационного характера не допускаются. Мы оставляем за собой право не отвечать на них, а репортёр, соответственно, лишается аккредитации!
– А кто будет решать, провокационный этот вопрос, или нет?! – выкрикнул с места носатый репортёр, которого я пока не имею чести знать.
– Комиссия из наиболее уважаемых представителей прессы, – отвечаю, не задумываясь, – К слову, почему бы нам всем вместе не создать постоянную комиссию по этике? Не имею ничего против репортёров из провинциальных газет, но порой среди этой уважаемой публики попадаются люди, не вполне понимающие роль прессы. Я бы даже сказал – дискредитирующие нашу профессию.
Некоторые вспомнили, что и действительно… я ведь тоже репортёр! Один из славной когорты!
Владимир Алексеевич, хмыкнув, подёргал усы, да и сбежал вниз, приняв самое живое участие в обсуждении. А что? Имеет полное право!
– Граждане… граждане! – я сегодня на правах председателя, и потому луплю молотком по столу, не жалеючи, – Обсудим это предложение после пресс-конференции! Вообще, я предлагаю создать пул журналистов, имеющих полную аккредитацию в Дурбане, а возможно, и в Кантонах вообще!
– Ещё одна косточка… – не шевеля губами, почти беззвучно сказал Саня, прикрыв рукой лицо.
– Угум… – а сколько ещё будет! С прессой, по-хорошему, нужно вести партнёрский диалог, и я это прекрасно понимаю. Не «строить в одну шеренгу», как любят власти Российской Империи, а разговаривать.
Я это понимаю, Владимир Алексеевич понимает ещё лучше.