А вот внедрение… Основным недостатком русской промышленности являлось очень слабое внедрение действительно гениальных изобретений отечественных ученых и инженеров (взять тех же Яблочкова, Лодыгина и Доливо-Добровольского). Поэтому на моем НПК, сразу после изобретения чего-либо (а уж о привлечении нужных людей я позабочусь), инженеры-технологи должны немедленно создать необходимую оснастку и оборудование для массового производства."
"Начать я решил с двигателестроения и электротехники, поскольку именно эти отрасли промышленности тянули за собой все остальные. Кадры, квалифицированные кадры и технологии производства должны были решить всё! Я решил не подгонять лошадку прогресса, привнося опережающие свое время изобретения в мир. Пусть все идет своим чередом. Но внедрение, в отличие от РИ, будет немедленное!
В дверь осторожно постучались.
— Войдите! — крикнул я.
Створка приоткрылась всего на три десятка сантиметров, и в эту узкую щель просунулась голова Засечного. Еремей до сих пор относился ко мне с большим пиететом, я в его табели о рангах числился первым после Бога. Внебрачный сын терского казака и черкешенки, проведший детство и юность на Кавказе, Засечный следовал довольно сложному кодексу чести собственного изобретения. И пока я соответствовал статьям его кодекса, Ерема считал своим долгом служить мне. Сейчас Засечный выполнял в моей маленькой фирме роль моего личного телохранителя и порученца. На должность начальника службы безопасности Засечный решительно не подходил — тут нужен был человек погибче, да и со связями. Ближайший кандидат на примете — бывший полицмейстер Нижнего Савва Лобов.
— Хозяин! Там к тебе немчины пожаловали! — доложил Ерема.
Михаил поднялся из кресла и, со словами: «Пойду, узнаю, кто такие», вышел в приемную. Через минуту «братец» доложил:
— Два господина из Германии. Говорят, что по твоему личному приглашению. Назвались Дамлером и Мабахом.
Ого! А вот и первая ласточка пожаловала!
Переписку с Готлибом Даймлером я завел буквально через неделю после внедрения. На текущий период он скромно жил в Каннштатте. А до того с 1872 года занимал должность руководителя производства в акционерном обществе Отто и Лангена «Завод газовых двигателей. Дейтц», подняв скромные по тем временам мастерские до уровня крупного производства, одного из самых значительных предприятий подобного рода, где заняты почти 300 рабочих, с годовым производством более 600 двигателей.
Именно такой человек — производственник и технолог с огромным опытом именно в двигателестроении мне и был нужен. Что удивительно — на мое предложение Даймлер согласился практически сразу. Видимо, спокойная жизнь в почти курортном местечке успела ему поднадоесть.