Господин из завтра. Тетралогия — читать онлайн бесплатно полностью

Да знаю я, что матушка и не больна тогда была вовсе. Ты не поверишь, но для Рукавишникова ТАКОЕ организовать проще пареной репы. Он, как правило, совсем иными вещами занимается — ты себе и представить не можешь, какого это птица высокого полета. Но в тот раз он целую интригу провернул, чтобы только со мной накоротке сойтись. Уж и не знаю, чем я ему тогдашний глянулся? Не могу тебе сейчас всего рассказать, но благодаря ему и я нынче на кое-что серьезное способен, о чем раньше и помыслить не мог. Вся эта наша игра в революцию теперь такой мелочью кажется…

Я, собственно, тогда товарищам примерно так и сказал перед уходом. Ну, в смысле, чтобы бросали они эти бирюльки. А то, не дай бог, по разные стороны баррикад встретимся."

"Вот только не знаю, Володя, поняли ли они меня?.. Посмотреть? А что, вот на летние каникулы приезжай ко мне, сам все и поглядишь. Нет, Рукавишников возражать не будет. Собственно, он сам мне как-то это и предложил. Да-да, так и сказал, будто невзначай: «Брату вашему — Владимиру — полезно было бы другим путем пойти!» И улыбнулся так… с хитринкой!

Интерлюдия

Чем замечателен Нижний зимой? О, об этом Иван Михайлович Рукавишников мог бы рассказать многое. Тут вам и белый до рези в глазах снежок, приятственно похрустывающий под ногами, тут и солнышко, чьи лучи так и отплясывают на чистеньких резных домах. Попадаются, конечно, каменные, и в преизрядном количестве — не в Сибири, поди, живем, но они именно что не портят пейзаж. На все это накладывается традиционная (или нетрадиционная, для Руси-то) трезвость Нижнего Новгорода. После одного примечательного события, имевшего место в 1378 году от Рождества Христова на реке Пьяна, южные новгородцы пьют на порядок меньше своих северных тезок. И на порядок меньше всех остальных русских вообще. А Волга, а санки, а новомодные голландские коньки…

Вот только ни о чем подобном Иван Михайлович рассказывать не собирался. Все это для одаренных поэтов да писателей. Между прочим, надо бы парочку припрячь описывать красоты. И им сытней, и нам, очень может статься, пригодится в ближайшем будущем. Рукавишников-старший, будучи генералом банковских транзакций и гением крупнооптовых негоций самым разным товаром, высоко ценил свое умение и понимал, как трудно новичку и сущему неумехе пытаться тягаться с ним, бравым. Не одного такого скушали, да будет известно, и дай бог не одного еще скушаем. Надо думать, и в поэтическом мире так же — начнешь сдуру природные красоты посконным языком описывать, так засмеют в два счета и мигом пояснят, где этакому описателю место.

Да и некогда, признаться, красотами заниматься. Вон он, малоприметный домик, искомая и вожделенная цель. Все гости — или, точнее, хозяева — уже собрались, пора бы и навестить их.