Автор
В будущей России, герой из нашего времени становится императором для спасения страны. Спутник современности оказывается коронованным правителем Российской Империи, стремясь наладить утраченную историю и вернуть Россию в ее светлое прошлое.
Теперь ей уже хотелось говорить с цесаревичем, и она вовсе не жалела, что здесь оказался не Сандро.
Рассказывает Олег Таругин
— …Скажите, Ваше Высочество, — ее голос звучит крайне заинтересованно — добрый знак! — А песни наших композиторов вы знаете?
Вот это влип! Черт его знает, какие там у немцев сейчас композиторы?! Ну не Дитера же Болена ей петь! Да я изо всей немецкой музыки только Вагнера и Шумана знаю… Оп!
— Да, Ваше Высочество. Шумана, например.
И, не дожидаясь ее ответа (еще спросит о каком-нибудь современнике, и будешь выглядеть серым невежей!), я затягиваю одну из песен цикла «Любовь поэта».
"Допев до конца, я выжидательно смотрю на нее. А девочка-то «поплыла»! Было бы это в ХХ веке, еще немного — и можно было бы смело приглашать к себе на рюмку чая и полюбоваться потолком в моей спальне! Теперь главное — не торопить события.
— Ах, Ваше Высочество, как я жалею, что, даже если я приглашу вас в Россию, вы не примете моего приглашения.
— Но почему же, Ваше Высочество? Кстати, называйте меня просто Мореттой — мне будет приятно.
— Охотно, только тогда и вы называйте меня Ники. Ах, Моретта, ведь ваши родители никогда не согласятся, чтобы их дочь, к тому же — чужая невеста, поехала в страну, которую они считают варварской. А мое отечество так прекрасно!
— У вас, наверное, уже лежит снег, Ники?
Так, по географии твердая единица.
— Что вы, Моретта, сейчас у нас стоит такая же погода, как и в Берлине. Вот чуть позже действительно ударят морозы. Ваше… Моретта, скажите, вы любите охоту?
— Ах, нет! — Она смешно морщит носик. — Стрелять в бедных зверей — это ужасно!
— Да нет, я говорю не об охоте с ружьями. Любите ли вы охоту с собаками?
— Да, да! Это так забавно: скакать по полям, брать барьеры и гнаться за лисой…
— О, Моретта, это только изнеженные англичане травят собаками лис, а мы — мы берем волков и медведей! Ах, если бы вы знали, как это прекрасно, когда под подковами звенит мерзлая земля, заливается на разные голоса свора, и ты мчишься вперед, и пронзительный ветер сечет лицо и выдавливает из глаз слезы восторга.
Проняло! Как бог свят — проняло! Она смотрит на меня с восторгом. Надо продолжать.
