Господин из завтра. Тетралогия — читать онлайн бесплатно полностью

Акция прикрытия — директива «Неман»…

Интерлюдия

— Дядька Сысой! Ну, дядька Сысой! Ну, расскажи: чего еще-то в суде было-то?..

Пожилой мастер в железнодорожной тужурке, не обращая внимания на стенанья молодых слесарей, положил на место разводной ключ, обстоятельно вытер руки обтирочным концом. Затем даже не прошел, нет — прошествовал к курилке, так же, не суетясь, уселся на скамейке, поерзал, устраиваясь поудобнее. Молодые рабочие бросились к нему, но мастер все так же неторопливо вытащил кисет и принялся набивать махорочкой маленькую обкуренную трубку. Закончив священнодействовать, он начал не спеша рыться в карманах в поисках спичек.

Этого издевательства молодые рабочие депо уже перенести не могли. К трубке мастера протянулись сразу три горящие спички, две коробки со спичками и один тлеющий трут.

— Ну, дядька Сысой, ну не томи — рассказывай…

— Дак вот, робята, я и говорю: привезли нас, значит, в суд. А там народу — страсть! Но нас ведут, точно бар каких, до самых мест проводили. Любезно так, усадили, спросили, не надо ли, мол, чего. И еще других приводят, аккуратно эдак вот рассаживают. А мастеровщины — со всей Москвы собралось! И с Трехгорной, и от Эйнема, и от Абрикосова… Ну мы, ясно дело, меж собой переговариваемся, как да что друг дружке рассказываем. Тут вдруг глянь: что за притча такая?! Входят какие-то, по повадке судить — мастеровые, а по одежке — купцы, не иначе! Мы сперва оробели, а потом стали расспрашивать: что такое? Мастеровые с-под Нижнего, из Стальграду…

Мастер вкусно затягивается, выпускает клуб дыма. Молодые сидят как на иголках, ожидая продолжения.

— Так вот, стальградские нам порассказали такое!.. Хошь — верь, хошь — нет, а только заработки у них супротив нашенских — втрое! Мало что не вчетверо!

Новый клуб дыма, новая пауза…

— Дык вот, заработки — это еще что! Ляксандра Михалыч Рукавишников им и школы устроил для рабочих, и для деток ихних. И больницы у них при заводе, и не казармы у них, а вовсе — коти… коты… котежды, о!

Мастер гордо обводит взглядом молодых.

— Дядь Сысой, а че это — котежды?

— Дура, это так называют — котежды, а поглядеть — дома! Свои собственные. На четыре семьи! И каженной семье — вход отдельный. И которы женились — тем разом такую квартиру и выделяют.

— Ну да? — Один из молодых недоверчиво чешет в затылке, сбив на сторону картуз.

— Да вот так, мил друг. И Рукавишников, хозяин ихний, кажное лето детишков ихних собирает и отправляет к морю. Лагерь он им устроил… этот… пионерский, о!

— И скока ж это наприклад встает? — теперь уже интересуются сразу несколько молодых. Хором.

— А нискока! Ляксандра Михалыч из своего карману за все кладет!

— Живут же люди, — завистливое многоголосье.

— И то! Они каженное воскресенье за него земные поклоны бьют.