И ничего не изменилось, кроме серебристо белой пряди в черной шевелюре колдуна. Иногда мне казалось, что именно из-за этой пряди он и злится, как будто это я виновата в его седине.
Прошло дня три, когда я решила потребовать от колдуна хотя бы тени благодарности. Я подкараулила его, когда он вернулся из очередной поездки, и задержался в коридоре, стряхивая с волос налипший снег — метель сегодня никак не желала утихать.
— Разрешите отправить письмо отцу, — сказала я, не выходя из темноты. — Я пропала очень надолго, он будет волноваться.
Близар посмотрел в мою сторону, подумал и кивнул:
— А отправить разрешите? — быстро спросила я, потому что уже знала, как колдун любит обманывать на словах. Потом скажет — я же разрешил написать, но отправить не разрешал, так что положи письмо к себе на туалетный столик, Антонелли.
Но сегодня Близар был, видимо, в прекрасном расположении духа, потому что я получила разрешение и на вторую просьбу.
— Конечно, отправляй, — он пожал плечами. — Отдашь Сияваршану, он отнесет.
«И прочитает», — подумала я, глядя в спину колдуну, когда он уже взбегал по лестнице.
— Господин граф! — окликнула я, когда он был уже на самом верху.
— Что тебе? — спросил он, посмотрев через перила.
— А можно отправить письмо обычной почтой? — я спросила и замерла, дожидаясь ответа.
— Ведешь себя, как ребенок, Антонелли, — сказал он. — Если захочу, прочитаю твое письмо, даже если оно поедет в почтовой карете.
Я покраснела, как рак, хотя получалось, что не слишком обманулась в своих предположениях.
— Собирайся, — бросил Близар. — Все равно мне надо в город. Заодно увезешь свое письмо.
— А можно съезжу одна? — выпалила я.
Последовала пауза, а потом Близар перегнулся через перила, чтобы лучше меня видеть.
— Что за новости? — спросил он. — Ведь мы уже не раз ездили вместе.
— Мои сани все равно узнают, — отрезал он. — Но не хочешь ехать со мной — оставайся. Я сам отвезу письмо.
Я опустила голову, понимая, что проиграла. Близар подождал, но ему быстро надоело.
— Пиши, оставишь на подоконнике возле двери, я заберу, — сказал он и ушел.
Стараясь не думать, что меня ждет в городе, я поднялась в свою спальню и быстро написала два письма. Одно — отцу, а второе — Роланду. Я написала, что Близар обещал отпустить меня после Сочельника, просила не верить дурным слухам, а верить только мне. Напомнила Роланду, что обещала ему любовь и верность, а «Антонелли всегда держат слово», и попросила ответить как можно быстрее.
Письма были тщательно запечатаны, и одно я припрятала в рукаве, а второе держала напоказ, если Близар захочет его прочитать. Мне пришлось с четверть часа прождать колдуна, прежде чем он спустился.
— Готова? — спросил он, набрасывая плащ, услужливо протянутый Аустерией.
Я только кивнула.