Словно экзотическая птичка, непонятно каким образом попавшая в компанию монументально-величественных орлов."
"Надо же, а ведь в ней, как и во мне, нет ничего от Эверашей, и это нас тоже удивительным образом сближает, помимо того, что мы обе… гм… не мужчины.
Отец говорил, что Ларуит редко откликается на приглашение и не торопится вступать в разговор. Неужели она здесь только ради меня? Вдруг даже заговорить изволит? Совет ценный даст? Раскроет тайну своего удивительного зеркала?
Несколько бесконечно долгих мгновений мы с предками придирчиво изучали друг друга. Призраки рода Эвераш не выглядели страшными и внешне почти не отличались от живых, но в глазах их не было ни блеска, ни света — они казались двумя дымными провалами в мрачную бездну.
Может, полагается церемонно потупиться и не разглядывать зависшие над полом чуть размытые фигуры так пристально и внимательно? Я ничего не знала о правилах поведения в круге, а когда спросила у Кронерда, как себя вести, что делать, он усмехнулся и ответил:
— Будь собой. Они должны видеть тебя настоящую.
Вот я и не стала скрывать любопытства.
Пауза затягивалась, и я решила первой прервать затянувшееся молчание. Здоровья желать им, наверное, не стоило, доброго дня тоже, поэтому я произнесла то, что испокон веков принято говорить в Варрии при посещении могил усопших родственников.
— Мира и покоя.
Вежливо склонила голову. Не стала добавлять: «И света». В данном случае это лишнее.
Ответа не последовало, но призраки меня услышали. Они заколыхались, зашелестели, глухо и беспокойно, а потом вперед выдвинулся старик — худой, высокий, с сумрачным и строгим лицом. Очень напоминавший Дивена.
— Кто осмелился потревожить наш покой? — осведомился он требовательно и величаво.
Надо же, и манера речи похожа.
— Ранглот Эвераш, — не удивляясь странному вопросу спокойно произнес прадед.
— Дивен Эвераш, — подхватил дед.
Неужели призраки нас не видят и не представляют, кто перед ними? Но они же рассматривали меня, я не могла ошибиться.
— Кронерд Эвераш, — между тем закончил отец. И все трое уставились на меня, явно ожидая, что я тоже представлюсь.
— Элис… Аэлаисса, — я замялась. — Пока еще не Эвераш… Наверное.
— Кто же ты, дитя? — продолжал допытываться все тот же призрак.
— Я…
Задумалась. Вот что им сказать? И тут мне на помощь неожиданно пришла Ларуит.
— Как жил ты занудой, Заэр, так им и остался. Даже после смерти — проворковала она. В бархатном, мелодичном голосе не было ни величественности, ни торжественности, скорее, легкая ирония. — Хватит мучить ребенка. Ты прекрасно знаешь, кто она такая, и зачем мы собрались.
— Так положено, — насупился тот, кого назвали Заэром.
— Кем? Покажите мне этого «мудреца», — бывшая Хозяйка насмешливо оглядела присутствующих.