В холодном зеркале отражение Айтона улыбалось с вызовом, словно демон из легенды. Его глаза были скрыты за опущенными ресницами, но даже эти маленькие подначки не могли скрыть его озорную ухмылку. Тепло медленно расползается по телу, и каждый штрих красных щек напоминает об этом непостижимо притягательном прикосновении....
Похоже, «Господин моих ночей. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А значит…
— Высший? — выдохнула я изумленно. — Мой отец — высший? И… как его имя?
— Не знаю...
Мама отвела взгляд, вздохнула чуть слышно, пряча скорбную складку у губ, и начала рассказывать...
Глава 5
Юная Гестина, единственная дочь герцога Сефриса ли Граджа была жизнерадостной, непоседливой и невероятно любознательной девушкой."
"В роскошной столичной резиденции отца и в не менее пышной родовой усадьбе недалеко от Кайнаса, где постоянно собирались какие-нибудь важные гости, приходилось следить за каждым своим словом и жестом, изображать изнеженную, тихую, воспитанную леди, скучную и правильную.
Париза ли Куф, одинокая бездетная вдова, любила дочку подруги, называла племянницей, баловала, относилась снисходительно к ее шалостям, а главное, предоставляла свободу.
Девочка познакомилась с окрестной детворой и целыми днями пропадала вместе с ними то на речке, то в лесу, то в горах. Высоко и далеко они не заходили, и, тем не менее, у компании везде имелись свои тайные тропки и убежища. Одевалась Тина просто и скромно, со всеми держалась ровно, приветливо. Никому из новых друзей и в голову не пришло, что они общаются с дочерью всесильного герцога ли Граджа.
Гестине это очень нравилось.
Потом ее маленькие приятели выросли, начали помогать родителям, остепенились. У них появились взрослые дела, заботы, и Гестине все чаще приходилось проводить время одной. Она брала книгу и уходила гулять, обходя знакомые с детства места.
Вот так однажды летом — ей тогда как раз исполнилось восемнадцать — она и встретила его...
— В одной из пещер в предгорьях. Вход в нее зарос диким колючим кустарником, высокими и густым, поэтому об этом месте никто, кроме «наших», не знал, — мама слабо улыбнулась своим воспоминаниям и тут же снова посерьезнела.
