В Господине Зиме, где температура падает до минусовых отметок, мир вращается вокруг Больших Человеков и их подобных Буранам. Вселенная полна неожиданных приключений — от захватывающих битв с Верзунами до мистических встреч Глазьев с Всекаргой. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, будь то нежные песни Гоннагла или глубокие взгляды Глазьев....
Э… Послушайте, не хочу быть такой наглой позадницей, как моё коленье, но чегой вы тут седаете и умерзаете вусмерть?
– Наши быки разбежались, а снег, увы, слишком глубок, чтобы можно было идти пешком, – объяснил Свинсли.
– Ах-ха. Но у вас есть печура и малакуча сухих старых книжин, – сказал незнакомец.
– Да, конечно. – Библиотекарь посмотрел на посетителя озадаченно.
Повисла одна из тех пренеприятных пауз, которые образуются, когда собеседники совершенно не готовы принять точку зрения друг друга.
Потом раздалось:
– Ну, тады давай мы – я и моё коленье – пойдём сыскнём вашиих му-зверей, а? – предложил загадочный незнакомец.
Незнакомец покачнулся назад и исчез – или, скорее, выпал – из виду. Послышался шум драки, потом – удаляющиеся в снежную мглу вопли: «Раскудрыть!»
Библиотекари уже хотели закрыть дверь, когда услышали испуганное мычание быков. Мычание быстро приближалось.
Две снежные волны катились по искрящейся в свете луны пустоши.
Но самое удивительное, по единодушному мнению библиотекарей, было то, что быки примчались к ним задом наперёд.
Смущаться от рассказов нянюшки Ягг оказалось трудно, потому что её жизнерадостный смех прогонял любое смущение. Саму её не могло смутить ничто.
В этот день Тиффани, поддев лишнюю пару носков, чтобы избежать нечаянного озеленения, отправилась вместе с нянюшкой «обходить дома», как это называли ведьмы.
– Ты ведь ходила по домам с госпожой Вероломной? – спросила нянюшка.
К горам со всех сторон стягивались пухлые тяжёлые тучи. Ночью наверняка выпадет ещё больше снега, чем вчера.
– Да. И с тётушкой Вровень, и с госпожой Жилетт.
– И как, нравилось оно тебе? – Нянюшка плотнее запахнула плащ.
– Иногда. То есть я знаю, почему мы этим занимаемся, но порой кажется, что нет уже никаких сил терпеть человеческую глупость.
– Недурно разбираешься в травах небось?
– Нет. Я очень хорошо разбираюсь в травах.
– А ты не скромничаешь, да? – усмехнулась нянюшка.
– Если бы я не понимала, что очень хорошо разбираюсь в травах, я была бы полной дурой, госпожа Ягг, – сказала Тиффани.
– Это верно. Хорошо. Хорошо, когда в чём-то хорошо разбираешься.
