Автор
Дорогой читатель, вступайте в невероятную историю "Госпожи графиньи". Мужчины уверены: всё хорошо. Но страшное случается, когда меньше всего ждёшь его. В этот момент треск лошадей становится сигналом к безумию — вверх и вбок, потом к земле с громовым ударом. Женщина описывает свой шоковый опыт: как она пытается избавиться от неожиданной бессильности и насилия во имя выживания....
Всем, кого увижу под окном или в парке!
Я так разошлась, что последние слова уже просто выкрикивала. В запале пропустила, как Стелла сорвалась с места и, подскочив ко мне, залепила пощёчину. Когда щёку обожгло болью, я замолчала, поперхнувшись словами.
Золовка несколько мгновений смотрела на меня, испепеляя взглядом, а затем вздохнула.
– Что ж, – жёстко произнесла она, – ты не оставляешь нам выбора. Раз не хочешь по-хорошему, значит, будет по-плохому."
"Стелла развернулась на каблуках, так, что подол хлестнул по ногам, и резким шагом направилась к выходу.
– Ну и дура! – припечатала меня Белла и двинулась следом за сестрой.
Значит, то, что они собирались сделать со мной поначалу, это «по-хорошему»? Всё ещё держась за щёку, я подошла к креслу и без сил осела в него. Из глаз покатились слёзы. Я попыталась стирать их рукой, но вскоре бросила. И попросту расплакалась.
За что они так со мной? Я не сделала сёстрам мужа ничего плохого. Как и их матушке. Но они возненавидели меня сразу, как увидели. В первую же встречу дали понять, как относятся на самом деле.
И муж это привечал. Для него особым удовольствием было видеть, как расстраивают меня оскорбления его семейства.
Что же тогда будет «по-плохому»? Что придумали золовки?
Я была уверена, что мне это не понравится. Но даже не представляла – насколько.
Глава 4
Уснула я в том же кресле. Так выбилась из сил накануне, что не смогла заставить себя добраться до кровати. Да и какая разница? Что-то подсказывало мне, что впереди ждёт нечто похуже, чем ноющая поутру спина.
– Госпожа графиня, просыпайтесь, – меня разбудил голос Кэти.
Я открыла глаза. В комнате царил полумрак, а за окном ещё серело позднее зимнее утро. Я попробовала распрямиться и тихонько застонала. Спина действительно за ночь затекла. Всё же мои трещины только срослись, поэтому не стоит об этом забывать.
– Помоги мне встать, Кэти, – я протянула руку. И лишь когда служанка проигнорировала её, подняла взгляд.
Кэти была чем-то взволнована. Она носилась по комнате, открывала дверцы шкафов и тумбочек, вытаскивала из них вещи и складывала на кровать.
– Что происходит, Кэти? Отвечай! – мой голос заледенел. В груди поселилась тревога.
Служанка замерла, стоя ко мне вполоборота.
– Вам нужно бежать, госпожа, – пробормотала она, так и не повернувшись ко мне. – Вы здесь в опасности.
Я некоторое время смотрела на неё, ещё не соображая со сна. С чего бы Кэти мне помогать? Служанка на стороне моих родственниц. Она ведь принесла мне отравленный отвар.
