Влажная темная лужа предательски загорается в руинах клуба "Электричество". Я медленно приподнимаюсь, голова и глаза мутнеют от бесконечной кружки Мартини. Воспоминания потекли как переполненные тоннельным освещением реки: вечеринка, Лёва на пороге, запах шампанского и ожидание. Как же я добралась до кровати? Может быть, Лёва пришёл… Но отец любит его, наверное....
- Лерой, почему ты так холоден со мной? Твоя грубость непростительна, - обиженно говорила женщина. Да это же Жозефина!
- Зачем вы пришли в мою комнату, леди Аддерли? Мне кажется, мы давно решили, что между нами ничего не может быть, - раздался холодный голос графского сынка.
- Это ты так решил! – воскликнула его собеседница. – Не я! Лерой, вспомни, как нам было хорошо вместе! Я соскучилась!
- Леди Аддерли, мы доставили друг другу удовольствие. И всего лишь. Вы истосковались по мужскому вниманию. Я дал его вам. Все.
- Я не позволю так обращаться со мной! – гневно прошипела Жозефина. – Ты еще пожалеешь!
Дверь распахнулась, чуть не ударив меня по носу, и женщина вылетела из комнаты. Приподняв свои юбки, она помчалась прочь по коридору, а я несколько секунд тупо смотрела на темную поверхность двери. Сломать нос в свой первый день — так себе история…
Через минуту дверь закрылась, и я облегченно выдохнула.
Вернувшись к лестнице, я задумчиво посмотрела вниз. Может, сходить на кухню позже? Когда все улягутся спать?
Да, так и сделаю."
"Уже у себя в комнате я начала анализировать услышанный мною разговор. У графского сына, несомненно, был роман с Жозефиной. Вернее, так думала она. Лерой, похоже, просто развлекался. Но сестра Мариэллы наверняка уже настроила планов. Ишь ты! Какие они хваткие! Мариэлле достался граф. Жозефине - сын.
Конечно, версия эта была очень уж детективной, но исключать такой вариант событий нельзя. Всегда нужно быть начеку.
Примерно через час пришла служанка. Она принесла поднос с едой, сообщив, что завтра утром его сиятельство не желает меня видеть за завтраком.
И черт с вами. Не очень-то и хотелось.
Я сняла салфетку с подноса и скептически хмыкнула. Негусто. Видимо, меня решили посадить на диету. Дело, конечно, хорошее, я и сама была бы не против, но не сегодня.
