Леди Аулиц держалась лишь на упрямстве и на осознании того, что после приёма сможет уехать в поместье Аулиц. Конечно, надолго её в покое не оставят, уже известили о том, что она должна пройти обучение, прежде чем стать женой принца.
Да-да, таковы правила. Спорить с ними Кассия не хотела. Как и выходить замуж, впрочем. Седрик находился сейчас рядом, сверкая яркой улыбкой, но смотреть на него девушке не хотелось. Сразу волной накатывали воспоминания того вечера, когда он… Он…
Воспользовался своими силами. Кассия знала, что у нефилимов есть дар убеждения, но наивно считала, что на джинн он не подействует. Боги, как сильно она ошибалась!...
В тот день на корабле, сознание леди Аулиц словно накрыло мутной пеленой наркотической эйфории. Глядя в глаза кронпринцу, ей хотелось согласиться со всем, что бы он не сказал.
А когда очнулась… Было уже поздно. Это кольцо невозможно снять просто так. Скреплённое кровью, оно снимается лишь в двух случаях: если владелец умирает, или если испросить отмену клятвы у богов.
Как вы понимаете: оба варианта хороши. В смысле: практически невыполнимы.
Конечно, это не значит, что леди Аулиц сдалась. Возможно, существуют и другие варианты, тогда она их точно найдёт. Отрезать палец, например?...
Однако, пока что, к таким мерам прибегать не хотелось. У Кассии было о чём спросить отца.
Этот брак необходимо отменить.
* * *
Казалось, она не была в этом особняке целую вечность. События отбора наглым образом вытеснили отца из её жизни. Но возвратившись теперь, Кассия и правда чувствовала, что она дома.
Все проблемы отходили на второй план и, казалось, могли решится по щелчку пальцев. С плеч девушки словно свалился неподъёмный груз.
Брат и отец ждали её в Овальном Кабинете, торжественные и спокойные. Кассия же окончательно растеряла всё спокойствие и бросилась в объятия к папе, чуть слышно всхлипнув, будто малое дитя.
Дейон погладил её по спине, пытаясь тем самым утешить.
Кир вздохнул, отводя взгляд в сторону. Разговор предстоял долгий…
— Кронпринц использовал на мне свою силу нефилима. Я… Согласилась на брак, находясь под гипнозом. Мы же можем это оспорить? – спросила Кас спустя десяток минут после того, как они встретились.
Напряжённое молчание повисло в комнате. Дейон и Кир обменялись долгими взглядами, после чего её брат коротко произнёс:
— Нет. Боюсь, не выйдет.
От яростного и эмоционального Кира слышать такую безжалостную оценку особенно больно. Кас выдохнула, с мольбой взирая на отца. Тот сжал пальцы в замок и, наконец, пояснил:
— Это правда, Кассия. Мы не сможет оспорить клятву.