Но он сдержался – еще не время…
– Донна Кристен, – поприветствовала Ксения входящую в дом недовольную жрицу, которая только тут поняла, что пленница стоит в дверях, в полном сознании, а охранница Гаша спитт на полу и ещё смеет храпеть.
– Опять напилась, – буркнула жрица, ткнув ногой старуху в живот и одновременно с подозрением посматривая на пленницу, что учтиво сделала книксен….
Донна не видела и не слышала, как за спиной бесшумно появился мужчина, но зато она хорошо ощутила прикосновение холодного лезвия ножа к собственной шее.
– Почему она тут? – он обратился к донне, ткнул пальцем в сторону Ксении, задвигающей засов на двери.
– Я прокляну тебя, – прошипела Кристен в ответ, – и тогда….
Жрица почувствовала, как сталь стала ближе к шее, как первая капля крови потекла, делала алую дорожку, пачкая безупречный зеленый цвет спокойной жизни…
– Милая, – притворно спокойно произнёс Алекс, по- прежнему удерживая донну Кристен, – у тебя был и будет только один муж, и он перед тобой.
– Ты прав, – просияла Ксения, – как всегда прав! Кажется, Жак обиделся на мою просьбу отправить меня в Тарсманию. Я прочла статью в газете, что тебя больше нет и попросилась отпустить к Яре.
– Ты предала его, – прошипела жрица, – он ведь доверял тебе!
– Ха! Доверял! – прошипела Ксения, и эту гневную реакцию Алекс видел у жены впервые. Впрочем, он вовсе не осуждал её, а понимал и поддерживал. – С приставленными головорезами за плечами? Или когда меня возвращали после неудачных побегов. Да я убить его была готова вместе со всей купленной прислугой.
– А ты думала, его терпение безгранично? Мой брат итак подобрал тебя после,.. – прохрипела донна, не успев договорить..
Белтонич перерезал ей горло, а затем отбросил тело в сторону.
Что же он наделал? А если Ксения не в том состоянии, чтобы наблюдать подобное….Он медленно поднял глаза на жену, не отрывающую недоуменного взгляда от горла женщины, из которого вытекала кровь..
– Прости, я не должен был это делать при тебе, – прошептал он, не зная, что сказать сейчас в первую очередь. То ли вытереть нож и убрать, то ли отбросить его, а затем подойти к жене, показать, что он для неё безопасен….
– Не бойся, – сглотнула Ксюша, – я давно мечтала об этом.
Вздох облегчения вырвался из груди графа, но более расслабляться, просто не было времени.
– Уходим, родная, – он взял ей за руку и подвел к зеленой стене, где на вбитых гвоздях висела одежда, затем выбрал ту, что предназначалась для носки в зимнее время.
– Ты со мной, ты тут, – Ксюша произнесла шёпотом слова, словно заклинание и Алекс остановился, снова не выдержал и обнял любимую, бережно прижав её к своему телу.