В книге "Государыня Криворучка" женщина вынуждена взять на себя воспитание внучки от родителей, которые часто не могут появиться в ее жизни. Проникновенные моменты взаимоотношений и смех от неожиданных ситуаций создают душевную теплоту и острый юмор.
– Тоже не испытывала восторга, глядя на этот набор, – живо соврала Роза Леопольдовна. – Есть предложение. Зачем нам всем толкаться в столовой? Пусть Олечка разложит подушки и одеяла.
Мне стало смешно. Постельные принадлежности разбить невозможно. Краузе решила сохранить фарфор, поэтому переключает активность Лялечки на мягкие предметы. Но наша помощница не учла, что их можно разорвать, сжечь, утопить… Я тихо хихикнула и взяла другую коробку.
В эту же секунду в комнату влетела Киса, за ней вбежали мопсихи. Пребывание на улице без ошейников и поводков привело псов в неописуемый восторг.
– С кем поведешься, от того и наберешься, – резюмировала Краузе. – Эх, фужеры, рюмки, прощайте! Лампа, у вас телефон пищит.
Я схватила мобильный и услышала голос Костина:
– Ты где?
– Приехали в дом, начали вместе с Лялей вещи разбирать, – отчиталась я.
– Что разбили? – деловито осведомился Вовка.
Пришлось ответить честно:
– Ляля – сервиз, а я – фужеры.
– Пусть моя жена займется одеждой, а ты лети на работу, – велел Костин.
– Поняла, скоро приеду.
– Вас вызвали на работу? – не сумела скрыть своей радости Краузе, когда я положила телефон в карман.
– Могу остаться, помочь вам.
– Нет, нет, – испугалась Роза Леопольдовна, – уж как-нибудь сама справлюсь.
Я сделала вид, что не услышала этих слов, и поспешила в холл.
Глава третья
– Я, Валентина Максимовна Гончарова, уверена, что мою дочь Полину Сергеевну убил Константин Сергеевич Стасов, – стоя на пороге кабинета, продекламировала стройная женщина.
– Здравствуйте, – ласково произнес Володя, – садитесь, пожалуйста. Чай, кофе?
Дама покраснела.
– Некогда воду гонять, поехали!
– Куда? – осторожно уточнила я.
– Не ваше дело, – огрызнулась Гончарова и снова обратилась к Володе: – Арестовать надо Стасова. Да поживее, а то удерет туда, где не достать!
Улыбка Костина стала еще шире.
– Валентина Максимовна, мы не имеем права никого задерживать.
– Это почему? – опешила тетушка.
– Мы не полицейские. Вам лучше обратиться в…"
"– Уже была в отделении, или как они там теперь называются, – перебила его посетительница. – Там объявили, что криминала нет.
