Вы ведь не думаете, что сдерживаться так просто?
— Но во время аварии тебе это удалось?
— А вам не кажется, что это слишком личный вопрос, ваше сиятельство?
Аверин почувствовал, что начинает терять терпение.
— Вот что, — проговорил он, — давай начистоту. Когда в меня стреляли, Кузя закрыл меня собой. Стреляли серебром, разумеется. У него в боку образовалась дыра размером с мой кулак. Прыгнуть так под пулю, знаешь ли, не очень типично для дива. Поэтому я хочу понять, что ты такое. Что вы такое.
Она совсем опустила голову.
— Это… сложно объяснить человеку.
— А ты попробуй, — подбодрил ее Аверин, — ты же понимаешь: я спрашиваю не из праздного любопытства. Для меня очень важно понять. Ведь никакая опасность тогда тебе не угрожала. Значит, остановил тебя не страх. Тогда что?
Она повернула голову и посмотрела в окно. Вокруг Алеши скакали Кузя и лиса Сара. Переговоры шли вовсю. Аверин велел Кузе расписать Саре и ее хозяину все прелести их родового поместья.
— Когда случилась авария, меня не было с ними. Я была далеко, и это их спасло. Я сразу почувствовала смерть хозяйки. И боль остальных. Я… я заперла все окна и двери в доме, спустилась в подвал и заперла выход, выкинув ключ в вентиляцию. Как будто это могло бы меня остановить. Я сгрызла свою кисть, я нюхала собственную кровь, чтобы не думать о том, как пахнет кровь Алеши. Я слышала, как он кричит, пытаясь выбраться, корчась в тонне смятого железа. А самое страшное было знаете, что? Я никак не могла им помочь. Не могла спасти. Я сидела, скорчившись, в темноте и молилась, сама не знаю кому, чтобы им помогли люди. И сделали это раньше, чем я полностью потеряю над собой контроль.
Она повернулась, и он посмотрел в ее широко открытые, но совершенно невидящие глаза. Анастасия полностью ушла в воспоминания.
— Это моя и только моя вина в том, что Алеша такой. Врачи сказали, что его тело слишком долго было сдавлено. Если бы его достали сразу… всё было бы по-другому. Я бы вытащила его за секунду! Понимаете? — она моргнула и ее взгляд стал осмысленным.
— Понимаете?
— Но это разве не означало бы для тебя свободу? Смерть семьи хозяев?
— А для вас смерть вашей семьи означает свободу? — довольно резко ответила она и тут же смутилась: — Простите. Просто… вот как вы, колдуны, видите нас? Злобные животные, которые только и мечтают вырваться на свободу и жрать всех направо и налево?
Аверин вздохнул:
— Ну, если честно… так поступает большинство дивов, оказавшихся на свободе. Это инстинкт Пустоши."
"— Да, инстинкты, — она улыбнулась. — И что? У животных тоже есть инстинкты, но это не мешает собакам мирно жить с кошками, а кошкам — с попугаями. И это одна из причин, почему я организовала этот зверинец.