– А ты думала, что будешь делать дальше? Ведь Алеша, скорее всего, последний твой хозяин.
Анастасия опять отвернулась к окну.
– Посмотрим, – сказала она неопределенно. – Сначала нужно узаконить то, что есть сейчас.
Аверин тоже посмотрел на Алешу и дивов и увидел, что к ним подошел Артемий. Вероятно, мальчик попросил отвезти его в дом. Значит, решение принято.
Через пару минут они появились на пороге гостиной.
– Да! – сказал Алеша и продолжил, старательно выговаривая слова: – Мы со-о-асны. Са-аа поедет к Веее.
Но мошно я буту ее наиещать?
– Конечно, – обрадовался Аверин, – я думаю, вы подружитесь с Верой и Мишей. «А Анастасия с Анонимусом», – добавил он про себя. В возможность по-настоящему теплых отношений между дивами Аверин все равно не верил, но думал, что эти двое вполне смогут договориться.
– Тогда, – добавил он, – мне нужен жетон Сары. – Он вопросительно посмотрел на Анастасию.
Она слегка замялась:
– Он… думаю, он не очень законный. Мы покупали ее с рук."
"– Это ничего, у моего брата есть разрешение на владение дивами, я все сделаю.
А тебе, как только закончите процедуру с опекунством, нужно будет получить настоящие государственные жетоны на всех Алешиных дивов.
– Конечно, – согласилась Анастасия. – Вы останетесь на обед?
– Нет. У меня сегодня еще много дел.
Аверин уже сел в машину и повернул ключ, когда услышал громкий удар. Автомобиль качнуло. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Возле колеса стоял граф Синицын. Лицо его было алым от ярости.
Аверин вернул ключ в исходное положение и вышел.
– Что вам угодно? – холодно проговорил он.
– Вы! – задыхаясь от злости, заорал Синицын. – Я знал! Я знал, что вы в сговоре! Вы убили моего сына! Вы пытались упрятать меня в кутузку, чтобы я не мог добиться справедливости! Но я этого так не оставлю! Моя жена в больнице!
– Очень сочувствую вашей жене. И вам тоже в связи с вашей утратой, – Аверин говорил почти искренне. Ведь, даже будучи конченным выродком, Даниил был их сыном.
– Да что вы понимаете! Сейчас с вами нету вашего дружка, поэтому я…
Аверин резко вскинул руку.
Пять нитей вылетели у него из пальцев, свистнули в воздухе и исчезли. Синицын отшатнулся и замолчал.
– Я смотрю, вы просто рветесь в кутузку. В меня стреляли и чуть не убили. И зарубите это себе на носу, я – единственный ваш свидетель защиты. Кроме вашей жены с ее сомнительным алиби. Я знаю, что это не вы. И именно поэтому вы на свободе. Не нужно усугублять свое положение очередной попыткой вызвать меня на дуэль.
