Наивысший приоритет – защищать его жизнь, далее – не причинять вреда, подчиняться любому приказу, озвученному вслух или написанному его почерком, и тому подобные основы.
Умел ли этот Кузя читать? Если нет, нужно будет научить. И писать заодно.
Дел было по горло. Но сначала надо поесть. Эх, жаль, что Аверин не мог, как див, утолив голод, поправить и здоровье. Рука болела немилосердно, а пробежка далась очень тяжело. А сегодня еще лекция.
– Что там с завтраком? Я ужасно голоден. – Он пошел в ванную, принял душ, вышел и перебинтовал руку.
После пробежки бинт следовало сменить на чистый. Хоть раны и были зашиты, процедуру он провел очень аккуратно – два разноцветных глаза смотрели на него с любопытством и ожиданием.
– Кыс-кыс-кыс, – раздалось из кухни.
И кот моргнул, развернулся и сорвался с места.
Аверин вздохнул с облегчением. Да, он принял все меры предосторожности, но под этим взглядом было неуютно. Кот, поняв, что рядом с хозяином ему ничего не светит, а на кухне точно будет еда, наконец оставил его в покое.
Намотав новый бинт, Аверин оделся в чистое и прошел в гостиную. Из кухонного дверного проема виднелся полосатый хвост. Кажется, коту действительно что-то перепало.
На завтрак оказался поджаренный хлеб с ветчиной и сыром, кот как раз доедал обрезки ветчины. Аверин принялся за еду, иногда косясь на хвост.
Странное дело. Несмотря на ночной обряд, сейчас существо воспринималось как обычный кот. И не расслабляться стоило некоторых усилий.
Нет, прежней жизни уже не будет. К добру это или к худу.
– А что у вас с рукой, Гермес Аркадьевич? – поинтересовалась вошедшая в гостиную с подносом Маргарита.
– А, ерунда, царапина, – отмахнулся он здоровой рукой.
Но Маргариту было не провести. Она смерила подозрительным взглядом вышедшего с кухни облизывающегося кота:
– Это ты сделал? А? Признавайся, разбойник!
Кот поднял голову и протяжно сказал:
– Мя-я-я!
– Ну, точно он, – покачала головой Маргарита, – да?
Аверин вздохнул и согласно кивнул.
Маргарита наклонилась над котом:
– Нельзя царапаться! – Погрозила ему пальцем она.
– Счастья своего не понимаешь, бродяга! У Гермеса Аркадьевича как сыр в масле будешь кататься!
– Мя-я-я! – снова сказал кот, обошел Маргариту, совершенно бесцеремонно заскочил на стол и потянулся мордой к тарелке.
– Вон, – коротко бросил Аверин, и кота как ветром сдуло. – Вот что, Маргарита. Пока меня нет, приглядывай за ним. По столам лазать не давай, еду воровать тоже. В спальню не пускай. В общем, приучай к порядку.
