В Графе и его графине, звучит голос разъяренного хозяина дома о покушении на стеклодува. Его графиня, явно неравнодушная к происходящему, пытается расставить все точки над "i" — отменить похищение или предотвратить возможное нападение. Вопросы и догадки весят тяжестью на сердце каждого, участвуя в этом загадочном инциденте....
Кто-то считал, что олигофрения - это из-за возраста матери. А она - что это из-за каких то генов. Может, она и неправа. Но...
Подумаю об этом дома!
Лиля внимательно осмотрела девочку. Нет, тут ничего не сделаешь. Малышка добрая, ласковая, контактная, но... это навсегда ребенок. Хотя герцогу с этим вопросом легче, чем инженеру. Что Лиля и высказала.
Можно содержать ребенка, растить, кормить, пытаться учить, может, что-нибудь и получится. А может, и не получится. Так тоже бывает.
Амалия слушала так, словно с нее шкуру сдирали.
Питер явно переживал за жену. А Лоран даже и не пошел сюда.
За жену. Не за дочь.
Лиля мысленно положила еще один кусочек в мозаику. Но пока сложить ее не получалось. Чего-то не хватало. Что-то выпадало из общей картины.
Амалия раз двадцать переспросила Тахира - правда ли, что все бесполезно. Мужчина подтвердил - и лицо у женщины стало вовсе уж убитым.
Кажется, она считала себя виноватой в чем-то... Тахир счел нужным ее утешить.
- Ваше сиятельство, вы в этом не виноваты.
Амалия внезапно разрыдалась в голос.
- Нет! Если кто и виноват - это я! Я!!!
И вылетела из комнаты, сильно напугав девочку.
Лиля принялась успокаивать малышку и попутно инструктировать служанку, которая за той ухаживала.
Питер извинился - и вышел вслед за женой. А Лиля напряженно перебирала варианты.
Светлые волосы, серые глаза... на кого похожа малышка?
Фалион?
Возможно. Но это не пример. Простите, сероглазых блондинов - пруд пруди.
Его величество?"
"Бред! Невозможно!
Но что еще остается думать?
Что-то она еще не учла. Надо бы поговорить с Ганцем. И срочно вспомнить генетику.
Или не генетику? Было, было у женщины полное ощущение, что где-то она видела это лицо, эти глаза... только там оно было с совсем другим выражением. Не бессмысленным, нет. Но капризным, надменным...
Где?
Иртон?
Нет, нет... хотя это определенно была галерея портретов. Капризная, надменная... не Иртон.
Фалион?
Александр не показывал ей портреты предков.
Может быть - здесь?
Лиля твердо знала, что не успокоится, пока не вспомнит. Что, где, когда... нет, не успокоится. Значит - надо вспоминать решительнее. Задержаться здесь и опять посмотреть на портреты. Иначе...
Это как камешек в туфле, как кусок песни, застрявшей в голове, как иголка в шве... спокойно жить с этим - не получится!
Надо - вспомнить и как можно скорее...
