Автор
Вернувшись домой после неудачного карточного застолья, Дэниел, носивший титул графа Уинстеда всего лишь месяц, чувствовал себя немного потерянным. Его пьяный соперник прозвал его просто "Уинстед", и это имя, словно гром среди ясного неба, заставило Дэниела вспомнить о своем новом звании и обреченности жизни под этим псевдонимом....
Энн улыбнулась, но улыбка эта была такой безнадежной, словно она готова была простить Дэниела, если он вдруг изменит свое мнение, и продолжила:
– Его звали Джордж Чевил, а после смерти отца – сэр Джордж Чевил. Я родилась и выросла в Нортумберленде, в небольшой деревне в западной части графства. Мой отец – обычный сельский джентльмен. Мы всегда жили не слишком богато, но хорошо. Наша семья пользовалась уважением. Нас всегда везде приглашали, и предполагалось, что мы с сестрами удачно выйдем замуж.
Дэниел кивнул, и Энн продолжила:
– Чевилы же были очень богаты, во всяком случае по сравнению с остальными.
Дэниел, слушая ее, испытывал какое-то странное ощущение. Если когда-нибудь, с Божьего благословения, у него родится дочь и вот так же растерянно посмотрит на него и признается: «Он сказал, что любит меня…» – что он сделает? Наверное, убьет этого ублюдка.
– Я думала, что он женится на мне, – прервала его раздумья Энн, возвращая к реальности. Судя по всему, ей удалось взять себя в руки, и теперь ее голос звучал более твердо, почти по-деловому.
– Нет! – гневно возразил Дэниел.
Что бы ни произошло, Энн не могла считать себя виноватой. Что было дальше, понятно: богатый привлекательный мужчина и впечатлительная юная девушка… Ужасная в своей обыденности картина.
Энн с благодарностью улыбнулась.
– Нет, я не хотела сказать, что во всем виню себя… Больше не виню, но мне стоило догадаться, что из этого выйдет.
– Энн…
– Нет! – оборвала она его. – Мне действительно стоило догадаться. Он не говорил о женитьбе. Ни разу. А я была уверена, что он сделает мне предложение. Не знаю почему. Я из хорошей семьи, и мне даже в голову не приходило, что он может не захотеть на мне жениться. А еще… Сейчас это звучит ужасно, но правда состоит в том, что я была юной и хорошенькой и знала это. Господи, как же это все глупо!
– Вовсе нет, – тихо произнес Дэниел.
