Автор
Вернувшись домой после неудачного карточного застолья, Дэниел, носивший титул графа Уинстеда всего лишь месяц, чувствовал себя немного потерянным. Его пьяный соперник прозвал его просто "Уинстед", и это имя, словно гром среди ясного неба, заставило Дэниела вспомнить о своем новом звании и обреченности жизни под этим псевдонимом....
– Ты выглядишь как кошка, наевшаяся сливок, – заметила Шарлотта, наблюдая за Аннелизой, которая вертелась перед зеркалом, выбирая сережки."
"Конечно же, они были совсем простыми и недорогими, поскольку настоящие драгоценности в их семье принадлежали лишь матери и состояли из обручального кольца да небольшой и не слишком красивой броши с тремя крошечными бриллиантами и одним большим топазом.
– Думаю, сегодня Джордж сделает мне предложение, – прошептала Аннелиза, ничего не скрывавшая от сестры, во всяком случае до недавнего времени.
Шарлотте было известно большинство подробностей тайного романа сестры, длившегося вот уже месяц. И все же кое-какими из них Аннелиза с ней не поделилась.
– Да ты что! – взволнованно охнула Шарлотта, взяв руки сестры в свои. – Я так за тебя рада!
– Знаю, знаю, – не удержалась от улыбки Аннелиза.
К вечеру у нее наверняка разболятся щеки, но ее просто распирало от счастья. Джордж был мечтой любой девушки – красавец, атлетически сложенный и невероятно общительный, не говоря уж о его многочисленных связях.
– Он делал какие-то намеки? – полюбопытствовала Шарлотта. – Может, вручал подарки?
Аннелиза чуть склонила голову. Ей нравилось, как падавший под таким углом свет оттенял ее молочную кожу.
– Нет, ничего столь очевидного, но бал в честь летнего солнцестояния особенный. Ты знала, что его родители обручились на точно таком же балу? И теперь, когда Джорджу исполнилось двадцать пять лет… – Аннелиза взволнованно взглянула на сестру. – Я сама слышала, как его отец говорил, что ему давно пора жениться.
– О, Анни, – мечтательно вздохнула Шарлотта. – Это так романтично!
Бал, устраиваемый семейством Чевил в день летнего солнцестояния, был настоящим событием, которого с нетерпением ждали каждый год. И если самый завидный жених в округе намеревался объявить о своей помолвке, то лучше момента нельзя и представить.
– Какие? – спросила Аннелиза, показав сестре две пары сережек.
– Определенно голубые, – Шарлотта широко улыбалась.
