Автор
Вернувшись домой после неудачного карточного застолья, Дэниел, носивший титул графа Уинстеда всего лишь месяц, чувствовал себя немного потерянным. Его пьяный соперник прозвал его просто "Уинстед", и это имя, словно гром среди ясного неба, заставило Дэниела вспомнить о своем новом звании и обреченности жизни под этим псевдонимом....
– О господи! – выдохнул Джордж и посмотрел на девушку так, словно готов был расхохотаться в голос. – Ты думала, я на тебе женюсь? Да, ты красивая, с этим не поспоришь, и я чудесно провел время у тебя меж бедер, но давай смотреть на вещи реально: у тебя ведь нет денег, и, породнившись с твоей семьей, моя семья не получит никакой выгоды.
Аннелиза хотела что-то сказать, хотела даже ударить его, но лишь стояла перед ним, охваченная ужасом, не в силах поверить слетевшим с его губ словам.
– Кроме того, – с жестокой улыбкой добавил Джордж, – у меня уже есть невеста.
У Аннелизы едва не подкосились колени. Чтобы не упасть, она схватилась за край письменного стола и едва слышно прошептала:
– Кто?
– Фиона Беквит, – ответил Джордж, – дочь лорда Хенли. Я попросил ее руки вчера вечером.
– И она ответила согласием? – все так же шепотом уточнила Аннелиза.
Джордж рассмеялся. Громко.
– Конечно, почему нет? А ее отец виконт даже сказал, что весьма доволен таким поворотом событий. Она младшая дочь и его любимица, и я не сомневаюсь, что за ней дадут щедрое приданое.
Аннелиза судорожно сглотнула, почувствовав ком в горле. Как ей хотелось поскорее убраться из этой комнаты и из этого дома!
– Между прочим, она довольно недурна собой, – мерзко улыбаясь, произнес Джордж и шагнул к ней. У Аннелизы все внутри перевернулось при виде той самой улыбки, с которой он ее соблазнил несколькими днями раньше. Негодяй был совершенно неотразим и знал это. – Однако я сомневаюсь, что она окажется такой же шаловливой распутницей, какой была ты.
– Нет… – попыталась возразить Аннелиза, но губы Джорджа вновь накрыли ее собственные, а руки пошли блуждать по всему телу.
Девушка пыталась сопротивляться, но лишь развеселила Джорджа.
– О, тебе нравится, когда с тобой обходятся грубо? – он рассмеялся и больно ее ущипнул, тем самым словно разбудив, выведя из ступора, в который она впала, ошеломленная его признанием. Откуда-то из глубины ее существа вырвался яростный рык, и она с силой оттолкнула негодяя, выкрикнув:
– Убери от меня свои руки!
Джордж лишь снова рассмеялся, и в отчаянии Аннелиза схватила единственное оружие, какое попалось ей под руку: старинный нож для писем, лежавший на столе леди Чевил.
– Не приближайся ко мне!
– О, Энн, – снисходительно протянул Джордж и подошел к девушке как раз в тот момент, когда она яростно махнула рукой с зажатым в ней ножом. – Сука! – взревел Джордж, хватаясь за щеку.
