Автор
В зимний день 1817 года старый граф Харрикayne Торнwick находится на грани падения, когда его вновь берет решимость: он должен найти жену. Время у него катастрофически ограничено – все хуже идет с его здоровьем. Этот поединок стал не только битвой за свою корону, но и выживание в условиях боли и безвыходности....
А Мистер Пит, вообразив, что ему уступили вожделенный предмет, уже хотел с ним сбежать, но Харрисон поймал его и вырвал ткань из пасти.
– Из-за чего же это они?… – пробормотал он, поднимая повыше непонятный предмет. И тут же стало ясно, что это дамский корсет.
Анджелина ахнула и, вырвав корсет из руки графа, спрятала его за спиной. Жаркий румянец смущения расцвел у нее на щеках и на шее: сейчас ей хотелось лишь одного – провалиться под землю.
– Слишком поздно прятать, Анджелина. Я уже видел. И, должен добавить, мне и раньше приходилось видеть корсеты.
Следовало отдать должное лорду Торнуику: после своего замечания он крепко сжал губы, чтобы не рассмеяться, – но это не слишком утешило Анджелину – она видела смех в глазах графа. Должно быть, это Мистер Пит притащил в комнату корсет, выхватив его из корзины с бельем.
– Так, все трое, немедленно вон из дома! – приказала Анджелина. – Выбежав из комнаты, она выпустила псов из задней двери, и те тотчас же выскочили во двор.
Вернувшись в комнату, Анджелина делала вид, что ничего особенного не случилось. Граф же стоял у окна, разглядывая фиалки.
– Все, в чем они нуждались, – это утренний свет и побольше воды, – пробормотала девушка, надеясь, что граф не упомянет о корсете.
Он повернулся, взглянул на нее с ласковой улыбкой и сказал:
– Так и знал, что вы их оживите.
– Теперь можете забрать их домой. Я сделала все, что могла. Ради вас. Через несколько дней распустятся новые цветы.
– Но цветы не мои. Я купил их для вас.
– Вы купили мне… засохшие фиалки? – в растерянности переспросила Анджелина.
Граф утвердительно кивнул и тут же пояснил:
– Что бы вы делали с цветами, не нуждающимися в вашей нежной заботе?
– Вы что, решили, что если я забочусь о больных собаках, то и за цветами буду ухаживать?
– Разве я ошибался? – спросил он с виноватой улыбкой.
Анджелина тоже улыбнулась.
– Нет, лорд Торнуик, не ошиблись. Спасибо.
– Меня зовут Харрисон. – Упершись ладонями в подоконник, он скрестил ноги. – Можете называть меня по имени, когда мы одни. Тем более теперь, когда я видел…
– Не нужно об этом, – перебила девушка, вскинув руку.
Граф рассмеялся. Рассмеялся так искренне и заразительно, что Анджелина, не удержавшись, тоже засмеялась.
– Итак, моя дорогая… Как же меня зовут? – спросил граф.
