Автор
В зимний день 1817 года старый граф Харрикayne Торнwick находится на грани падения, когда его вновь берет решимость: он должен найти жену. Время у него катастрофически ограничено – все хуже идет с его здоровьем. Этот поединок стал не только битвой за свою корону, но и выживание в условиях боли и безвыходности....
Брызги кровавой слюны вылетели из рта капитана, но он все же устоял на ногах и ответил Харрисону сильным ударом в губы, разбив их в кровь. Граф отступил на шаг и, уклоняясь от очередного удара, нанес капитану апперкот в подбородок, а затем два быстрых и точных удара в солнечное сплетение. Максуэлл пошатнулся, однако и на сей раз устоял. А потом вдруг стремительно ринулся на Харрисона и, снова сбив его с ног, опять на него навалился и ухватился за повязку. Но граф, изловчившись, сбросил с себя противника и с силой сдавил его горло, вынудив судорожно хватать ртом воздух.
– Полагаю, вы изменили решение о выборе оружия и выбрали драку на кулаках, – сказал Харрисон, тяжело дыша. – Очень мудро с вашей стороны.
– Черт побери… Ничего я не выбирал, – прохрипел Максуэлл, пытаясь вырваться из хватки графа.
Но тот одной рукой стиснул запястье капитана, а другой еще сильнее сдавил его горло.
– Я могу сломать вам шейные позвонки прямо сейчас. И никто не обвинит меня, капитан.
– Никто не обвинит? Да все зеваки с нетерпением этого ожидают.
– Я никогда не следовал правилам, – перебил граф.
– Напрасно. Так что валяйте… Вы утверждаете, что не трус. Докажите это. Вы утверждаете, что не шулер. Докажите и это. И не позволяйте мне снова обмануть смерть. Убейте меня, убейте!
Граф колебался долю секунды: ему ужасно хотелось выполнить просьбу. Было ясно: Максуэлл действительно искал смерти и хотел, чтобы именно Харрисон стал исполнителем его желания.
– Здесь присутствуют несколько десятков наблюдателей, которые поклянутся, что это вы набросились на меня с кулаками. А я принял ваш вызов, был вынужден защищаться и победил. – Он отпустил капитана и поднялся на ноги.
– Трус, трус, трус… – бормотал Максуэлл, едва шевеля распухшими губами. – Правила дуэли гласят: «до смерти».
Харрисон пристально посмотрел на окровавленного противника и ответил:
– Я уже сказал, что думаю о всевозможных правилах.
Граф зашагал к экипажу, но тут вдруг дверца открылась, оттуда выскочила Анджелина и бросилась ему навстречу. Харрисон заключил девушку в объятия, крепко прижал к груди.
– У тебя рассечена губа и идет кровь, – прошептала она, прижимая ладонь к его щеке.
